Меню Рубрики

Молодой возраст и рак груди

Возраст является одним из факторов риска развития рака молочной железы. Чем старше человек, тем выше этот риск. Рак развивается, когда клетки в молочной железе бесконтрольно растут, образуя опухоль. Злокачественные опухоли могут метастазировать в окружающие ткани или любые другие части тела. Однако ранняя диагностика и лечение помогают это предотвратить.

По данным Американского общества борьбы с раковыми заболеваниями, рак молочной железы является наиболее распространенным типом онкологии у женщин в Соединенных Штатах, если не считать немеланомный рак кожи. Примерно 1 из 8 женщин в США будет страдать от рака молочной железы в какой-то период своей жизни.

В данной статье мы рассмотрим и другие факторы риска развития рака молочной железы, а также плюсы и минусы прохождения регулярного скрининга. Знания помогут принять правильное решение касательно необходимости скрининга и изменения образа жизни.

Чем старше становится человек, тем больше возрастает риск развития рака молочной железы. С возрастом патологические изменения в клетках происходят чаще.

Читайте также: Почему одна грудь больше другой

Данное онкологическое заболевание наиболее распространено среди женщин старше 50 лет. По данным Национального института онкологии США, врачи чаще всего диагностируют его у женщин в возрасте 55-64 лет. Согласно данным 2012-2016 гг., средний возраст постановки диагноза рак молочной железы у женщин составил 62 года.

Хотя чаще всего данное заболевание развивается у женщин после достижения возраста 50 лет, молодых девушек также может коснуться этот недуг. Согласно исследованиям Национального института онкологии США, риск того, что врач диагностирует рак молочной железы у женщины в течение следующих 10 лет, следующий:

  • 1 из 227 (0,44%) — для лиц в возрасте 30 лет;
  • 1 из 68 (1,47%) — для лиц в возрасте 40 лет;
  • 1 из 42 (2,38%) — для лиц в возрасте 50 лет;
  • 1 из 28 (3,56%) — для лиц в возрасте 60 лет;
  • 1 из 26 (3,82%) — для лиц в возрасте 70 лет.

Институт также сообщает следующие данные о 437 722 женщинах, которым врачи диагностировали рак молочной железы в период между 2012 и 2016 годами:

  • 1,9% были в возрасте 20-34 года;
  • 8,4% — 35-44 года;
  • 20,1% — 44-55 лет;
  • 25,6% — 55-64 года;v
  • 24,8% — 65-74 года;
  • 13,7% — 75-84 года;
  • 5,6% — 84 года+.

Возраст является лишь одним из факторов риска, другие, на которые невозможно повлиять, включают в себя:

Рак молочной железы может развиваться как у мужчин, так и у женщин. Тем не менее, данное заболевание в 100 раз чаще развивается у представительниц прекрасного пола, чем у мужчин.

Грудь содержит жировую и соединительную ткани. Эти типы тканей проявляются по-разному на маммограммах. Врачи описывают грудь, в которой содержится больше соединительной ткани, чем жировой, как «маммографически плотную». Женщины с маммографически более плотной грудью более склонны к развитию рака молочной железы.

Гены BRCA1 и BRCA2 производят белки, которые участвуют в репарации ДНК в специфических тканях, таких как грудь. Изменения или мутации в этих генах могут значительно увеличить риск развития рака молочной железы.

Согласно исследованиям, женщины, которые наследуют мутацию гена BRCA1 или BRCA2, имеют примерно 70% шанс развития рака молочной железы к возрасту 80 лет. У таких женщин также чаще развивается рак молочной железы в более молодом возрасте, или болезнью поражаются обе молочные железы. Кроме того, у них повышается риск развития рака яичников.

Читайте также: Что такое мастопатия молочных желез

Изменения в ряде других генов также могут увеличить риск развития рака молочной железы.

Риск женщины почти удваивается, если у нее есть родственник первой степени, у которого был рак молочной железы, и повышается втрое, если данное заболевание было у двух родственников первой степени. Родственниками первой степени являются родители, братья и сестры, дети.

Менструальный цикл повышает в организме уровень женских половых гормонов эстроген и прогестерон. Начало менструаций в более молодом возрасте (до 12 лет) или наступление менопаузы в более позднем возрасте (после 55 лет) повышает воздействие на организм этих гормонов, что может увеличить риск развития рака молочной железы.

У нерожавших женщин и тех, у кого первая доношенная беременность была после 30 лет, риск развития рака молочной железы выше.

Диэтилстильбэстрол — это препарат, который врачи назначали некоторым беременным женщинам между 1940 и 1971 гг. для предотвращения выкидыша. Женщины, принимавшие этот препарат во время беременности и дети, которых они родили, имеют несколько более высокий риск развития рака молочной железы.

Женщины, у которых ранее был рак молочной железы, имеют риск развития рака другой молочной железы или в другой части той же молочной железы. Это не то же самое, что возвращение первого рака.

Наличие некоторых доброкачественных заболеваний молочной железы в анамнезе, например, атипичной гиперплазии, лобулярной неоплазии и инкапсулированной карциномы молочного протока, также может увеличить риск развития рака молочной железы.

Женщины, прошедшие лучевую терапию в возрасте до 30 лет, например, для лечения лимфомы Ходжкина, имеют более высокий шанс развития рака молочной железы.

Этот риск варьируется в зависимости от возраста и наиболее высок у людей, прошедших лучевую терапию в подростковом возрасте. Исследователи уверяют, что такая терапия после 40 лет не влияет на риск развития болезни.

Отсутствие физической активности повышает риск развития рака молочной железы. Регулярные физические упражнения помогают снизить этот риск.

Прием гормонов: некоторые типы заместительной гормональной терапии и гормональной контрацепции могут увеличить риск развития рака молочной железы, поэтому лучше найти негормональную альтернативу.

Читайте также: Почему появляются корочки на сосках

Избыточный вес после менопаузы повышает вероятность развития рака молочной железы, поэтому необходимо поддержание здорового веса.

Употребление алкоголя: по данным Американского общества борьбы с раковыми заболеваниями, существует связь между потреблением алкоголя и риском развития рака молочной железы и других видов онкологии. Чем больше человек пьет, тем выше риск.

Американская рабочая группа по профилактическим мероприятиям предлагает женщинам в возрасте 50-74 лет, подверженным риску развития рака молочной железы, проходить скрининг каждые 2 года.

Лица в возрасте 40-49 лет, особенно те, кто имеет более высокий риск развития рака молочной железы, должны поговорить со своим врачом о рисках и преимуществах прохождения регулярного скрининга.

Врачи, как правило, используют маммограмму для скрининга людей на рак молочной железы. Маммография – это рентген, который может помочь обнаружить заболевание на ранней стадии, до появления симптомов.

— МРТ молочной железы;
— клинический осмотр груди, при котором врач ощупывает грудь руками на предмет наличия комков и изменений.

Многие люди приходят к выводу, что плюсы перевешивают минусы, но прохождение скрининга – это личный выбор.

Минусы скрининга включают в себя:

  • Ложно-положительный результат: возникает, когда результат теста ложно предполагает наличие рака у человека. В связи с этим человеку приходится проходить дополнительные обследования, которые бывают достаточно дорогостоящими и трудоемкими и вызывают беспокойство.
  • Чрезмерное лечение: некоторые виды рака являются доброкачественными и не развиваются дальше, они не влекут за собой новые симптомы или другие проблемы. Лечение этих видов рака называется чрезмерным лечением и может привести к ненужным побочным эффектам, расходам и излишним переживаниям.
  • Ложно-отрицательный результат: возникает, когда результат теста исключает наличие рака, что препятствует постановке диагноза и лечению.

Основное преимущество регулярного скрининга заключается в том, что он повышает вероятность выявления рака молочной железы на ранних стадиях. Ранняя диагностика делает лечение рака более эффективным и улучшает прогноз выздоровления.

С возрастом риск развития рака молочной железы увеличивается. Врачи чаще всего диагностируют его у женщин старше 50 лет.

Однако существует много других факторов, которые могут повлиять на риск развития данного заболевания.

Человек не в силах контролировать некоторые факторы риска, такие как семейный анамнез и генетика. Тем не менее, люди в состоянии изменить свой образ жизни, включая потребление алкоголя и уровень физической активности, чтобы снизить риск возникновения онкологии.

Можно обсудить свои факторы риска развития рака молочной железы с врачом, который посоветует, стоит ли проходить регулярный скрининг.

источник

Александр Поддубный работает маммологом уже 20 лет. Сегодня он является заведующим маммологическим кабинетом в Республиканском клиническом медицинском центре Управления делами президента и консультирует в частном медицинском центре «Кравира». Начинал в Минском областном роддоме.

Он переехал в Беларусь из Волынской области Украины, когда служил в армии. Здесь и поступил в мединститут. И если в 1990-х годах Александр Александрович, работая акушером-гинекологом, не хотел идти учиться на маммолога, то сегодня он именно тот врач, к которому талоны разбирают за считанные минуты.

Маммолог Александр Поддубный рассказал TUT.BY о том, как не пропустить рак молочной железы на начальной стадии и что к нему приводит.

— Сейчас много информации о том, что женщина должна регулярно осматривать грудь. Действительно ли самообследование помогает что-то выявить? Я в это не очень верю, если честно…

— Раньше это было очень распространено, и все призывали женщин обязательно ежемесячно обследовать молочную железу, потому что это помогает выявить рак на начальной стадии. Но, как оказалось, самообследование именно в диагностике начальных форм рака не помогает.

Если грудь большая, то минимально, что женщина может выявить сама — опухоль уже на второй стадии, а чаще на третьей. Доказано, что самообследование груди, даже при регулярном применении и тренировке, будучи единственным методом, не в состоянии снизить уровень смертности от рака груди.

В Москве проводили исследование: предложили акушерам-гинекологам с десятилетним стажем найти раковую опухоль в муляже молочной железы. Из семи опухолей находили максимум четыре, три опухоли пропускались. Так это врачи с десятилетним стажем! Представляете, если свою грудь осматривает женщина, которая не умеет это делать? Она вроде бы пощупала, посмотрела — и ей кажется, что все в порядке.

— То есть это можно и не делать?

— Нет, это не делать нельзя. Сейчас объясню почему. Бывают оккультные формы рака молочной железы. Это такая форма рака, которая никак себя не проявляет при прощупывании, и как правило, при ней выявляют уже метастазы (распространение опухолевых клеток из места возникновения опухоли в другие отделы и органы организма человека. — Прим. TUT.BY) в других органах.

Но есть и межинтервальные раки. Допустим, пациентка пришла сегодня здоровая, мы, как это и следует сделать, порекомендовали пройти обследование снова через год. А оказалось, что у нее очень агрессивный рак: он вырос за этот год, но при диагностике во время первого приема его выявить было невозможно.


Александр Поддубный работает маммологом уже 20 лет. Он консультирует в Республиканском клиническом медицинском центре Управления делами президента и в частном медицинском центре «Кравира»

Принято считать, что опухоль удваивается в размерах за 110−400 и более дней. Однако если это высокоагрессивный рак, он растет быстрее. За год, пока пациентка придет к врачу, у нее уже будет вторая или третья стадия. И вот вы сами, регулярно осматривая грудь дома, сможете что-то нащупать и прийти к врачу раньше.

Поэтому не надо думать, что женщина себя пощупала — и к доктору можно не идти. Самообследование груди должно дисциплинировать: «Я себя смотрю, у меня все хорошо, но это должен подтвердить врач».

Мы, врачи, не только руками осматриваем молочные железы, но и делаем молодым женщинам УЗИ, а пациенткам после 50 лет — маммографию. Мы стремимся найти опухоль как можно раньше, еще до того, как вы у себя что-то прощупаете. Тогда эффект от лечения будет очень хорошим.

— Вы сказали про 110−400 дней, за которые опухоль удваивается. За столько дней она может от одной стадии дорасти до другой?

— Нет, речь идет про увеличение опухоли в два раза. Женщина говорит: «Три месяца назад была у доктора — ничего не нашел, а сегодня уже вторая стадия! Как быстро опухоль выросла!» Но вряд ли она выросла так быстро. Просто на каком-то этапе ее не диагностировали. Ведь от момента возникновения опухоли до момента ее диагностики может пройти от 5 до 15 лет, в среднем считается 8,5 года.

— Почему тогда эту опухоль не нашли раньше?

— Возможно, были низкие диагностические возможности, фактор аппаратуры тоже надо учитывать. И еще есть момент — отсутствие онконастороженности. Недавно у меня была пациентка, 32 года, и, наверное, в ее случае как раз эта онконастороженность и была упущена. Там площадь поражения у девочки по рентген-маммографии 8 см.

— Так это много!

— Но там нулевая стадия рака по данным биопсии. И эта опухоль почему-то как опухоль не прощупывается, на УЗИ — неузловое образование, что нехарактерно для рака. Тем не менее никто не мог предположить, что у 32-летней девушки такая вот структура может оказаться раком.

— Насколько УЗИ — чувствительный метод при диагностике рака молочной железы?

— Сегодня практически везде стоят очень хорошие УЗИ-аппараты с высокоспецифическими характеристиками датчиков. В современных аппаратах есть функция эластометрии, которая помогает определить плотность груди. Еще Гиппократ, когда щупал, говорил: «Это мягкое, а это плотное». Плотное — это значит, что там что-то плохо.

Когда мы на УЗИ видим в ткани какие-то изменения, то берем пункцию и по ее результатам можем диагностировать, например, или атипию клеток, или предраковую опухоль. Самая маленькая раковая опухоль, которую мы находили, — 3 мм.

— Маммографию делают женщинам только с 50 лет?

— Во время скрининга, когда мы проверяем женщин, считающих себя здоровыми, маммографию делают с 50 лет раз в два года. Но при этом еще раз в год надо делать УЗИ. 5% раков — рентгенотрицательные, и аппарат их пропустит. Внутрикистозные раки рентген видит как кисту, а вот УЗИ-аппарат распознает внутрикистозные разрастания, что может свидетельствовать о наличии злокачественного процесса.

— А что делать женщинам, которым 35−40 лет?

— Если у родных женщины были рак молочной железы, кишечника, яичников или эндометрия, то у нее выше риск развития рака молочной железы. Может быть выявлен наследственный ген BRCA 1 и BRCA 2. Если он есть, то риск развития рака увеличивается до 70−85%. Таким женщинам надо на 10 лет раньше, то есть с 40 лет, проводить маммографию.

Читайте также:  Самая агрессивная форма рака груди

У меня была пациентка, у которой бабушка, мама и ее родные сестры до 40 лет уже погибли от рака молочной железы. У этой женщины тоже был ген BRCA 2, он довольно агрессивный, поэтому этой пациентке мы вообще с 30 лет начали делать маммограмму.

Большое подспорье в ситуации, когда у женщины рентгенплотная грудь, — МРТ. Его выполняют с контрастированием. И эффективность этого метода при выявлении высоко агрессивного рака на ранних стадиях очень высокая. Женщинам с такой грудью мы рекомендуем делать МРТ каждый год.

— Киста может перерасти в рак?

— Есть исследование о том, что макрокисты от 2 см и более до 45-летнего возраста увеличивают риск возникновения рака груди в 5,9 раза. После 45 лет эта угроза уходит.

Если это микрокисты размером 1−1,5 см то мы назначаем консервативное лечение. В этом случае важно выявить причину возникновения кисты. Если киста от 1,5 см, то делаем пункционную биопсию под УЗИ-контролем, ее полностью убираем, а содержимое отправляем на цитологическое исследование. Сама биопсия также является лечением, так как во время процедуры стенки кисты спадаются, как правило, там она уже не возникает. Иногда мы вводим специальное вещество и склерозируем стенки кисты.

— А если киста меньше 1,5 см?

— Если у женщины есть гинекологические проблемы, лечение идет с гинекологическим упором. Если заболевание щитовидной железы и печени, то в первую очередь устраняем эти причины.

Но если есть подозрения, и мы видим на УЗИ, что у кисты неровные контуры, она атипичная, нас смущает ее внутреннее содержимое и что-то не так с оболочкой, тоже делаем пункционную биопсию. Мы в последнее время ведем довольно агрессивную диагностическую политику: в чем-то сомневаешься — все равно делаешь биопсию. Ведь нас так и учили: прежде чем начинаешь лечить, на 100% должен быть уверен, что это не раковый процесс.

— Это только маммологов так учат?

— Нет, нас всех в институте так учили. Когда начинаешь лечить любую болезнь — исключи рак. Онконастороженность должна быть во всем абсолютно.

— Были ли случаи, когда вы брали пункцию из небольшой кисты — и это был рак?

— У меня была пациентка со множественными кистами, ей чуть больше 40 лет. Она долго наблюдалась, периодически мы ей убирали кисты. Во время одного из последних визитов делал пункцию, ввожу шприц, а жидкость не набирается. Создали вакуум — и в шприц пошла какая-то масса. Мы сразу подумали, что здесь что-то не то. Пришел результат анализа — внутрикистозный рак. Благо, что у женщины процесс был маленький, и первая стадия рака. Ей сделали двустороннюю мастэктомию (удаление молочной железы. — Прим. TUT.BY), сейчас она под наблюдением, но абсолютно здоровая женщина.

Был еще один случай у женщины уже в возрасте. Киста была красивая и большая — около 4 см. Никаких изменений в ней не было, да и подозрений тоже, но когда пропунктировал — там внутри была не жидкость, а взвесь. И тоже оказался рак.

— Мастопатия — это болезнь? Некоторые уважаемые медики говорят, что этот диагноз ставят налево и направо, а на самом деле это того не стоит…

— Учитывая, что в Международной классификации болезней есть такой диагноз, то это все-таки болезнь. Хотя я с немецкими коллегами разговаривал, и они рассказывают, что в Германии есть земли, где мастопатия у 85−90% женщин. И они уже начинают думать: болезнь ли это?

Да, это болезнь. Есть простая мастопатия, как в народе говорят. При ней нет ни атипии, ни пролифераций (повышения количества железистых клеточных компонентов. — Прим. TUT.BY). Она к риску развития рака молочной железы не приводит.

Но если мастопатия идет с пролиферацией и атипичными клетками, то такой риск увеличивается.

В любом случае мастопатию надо лечить. Она приносит женщинам дискомфорт, особенно когда возникают боли, уплотнения. Если молочная железа чуть напряжена перед месячными — это не патология. Но если женщина приходит и говорит, что за две недели до месячных у нее грудь разрывается, ей неудобно, и все мысли только о том, что болит, это ненормальное состояние. Проблему надо устранять: есть гормональные, седативные и витаминные препараты, которые хорошо справляются с этой ситуацией.

— Очень маленькие кисты вы все равно лечите?

— Если в груди одиночная киста 2 мм, у женщины нет никаких жалоб и ее не беспокоит боль, стабильный менструационный цикл, то такие кисты не трогаем и только наблюдаем. Но, как правило, одну-две кисты в груди мы видим крайне редко, их может быть и 50, и 70 в одной молочной железе.

Ко мне как-то пришла пациентка с пышной грудью, а там все было в кистах. Во время пункции было удалено 150 кубиков жидкости!

— Какая разница между фиброаденомой и кистой?

— Фиброаденома — это доброкачественная опухоль.

— Она может стать злокачественной?

— Израильские ученые провели небольшое исследование и пришли к выводу, что в 0,022% случаев идет перерождение фиброаденомы в рак. Кто-то еще пишет, что этот риск от 1 до 5%. Но в своей практике я таких случаев видел очень мало. Иногда просто рак маскируется под фиброаденому.

Когда я читаю лекции, то показываю врачам снимок типичной фиброаденомы. У нее ровный контур, однородная структура, горизонтальная ориентация, она смещаема… Визуально нет никаких проблем. Женщине с этой фиброаденомой был 31 год, она через год после кормления грудью пришла на контроль к врачам, где собственно эту фиброаденому и увидели. У нас не было сомнений, что все в порядке.

Пациентка оказалась исполнительная и по рекомендации ровно через три месяца снова пришла на прием. И если при первом осмотре эта фиброаденома была 8 мм на 4 мм, то на втором — уже 16 мм. Она так увеличилась в размерах за три месяца! Когда мы пропунктировали — получили рак. Благо, это была начальная стадия.

Женщине делали резекцию (удаление части молочной железы. — Прим. TUT.BY). Сегодня уже нет таких, как раньше, калечащих операций. Во многих случаях нам сегодня помогает пластическая хирургия и органосохраняющие операции. При этом не всегда женщина готова к тому, чтобы удалить грудь. К тому же в ретроспективных исследованиях показано, что расширение объема операции при ранних формах рака молочной железы не приводит к улучшению выживаемости пациентов.

— Фиброаденому обязательно нужно удалять?

— Нет. Фиброаденомы мы удаляем как правило в том случае, если их размер превышает 2 см. Если они меньше, то делаем пункционную биопсию и наблюдаем опухоль в динамике. Если она не растет и биопсия хорошая, то разрешаем даже планировать беременность.

— Я знаю, что если женщина планирует беременность, то врачи просят удалить фиброаденому…

— Потому что врач думает, что она будет расти. А вдруг не будет расти?

— И что делать женщине?

— Рожать. Если фиброаденома будет 18−19 мм, я скажу ее удалить, потому что все около 2 см уже удаляется. А если она меньше по размерам и не растет в динамике, то есть через три, шесть месяцев и год наблюдения, женщина может планировать беременность. Во время беременности я рекомендую женщинам, проходя УЗИ плода в назначенные сроки, делать и УЗИ молочной железы, затем его повторить после родов через три месяца, в период лактации.

Фиброаденомы у беременных женщин и после родов могут незначительно увеличиваться, потому что они имеют полости и тоже могут вырабатывать молоко, в них тоже могут быть молочные кисты. Ничего страшного в этом нет. Мы такие фиброаденомы наблюдаем даже, когда пациентка идет на ЭКО. И, тьфу-тьфу-тьфу, у нас не было таких случаев, что мы бегом их удаляли, потому что они начали расти.

— А если быстро не удалили и женщина забеременела, что может быть?

— Это может мешать при кормлении, надо следить, чтобы фиброаденомы не перекрывали проток. И все.

— Но если после пункции фиброаденомы у беременной вы понимаете, что это злокачественная опухоль?

— Тогда уже надо лечить. Не обязательно отказываться от беременности. Есть разные тактики: можно во время беременности проводить лечение, можно выждать, когда беременность пройдет, иногда прерывают беременность. Но если женщина скажет, что она продолжает беременность, то будем лечить во время беременности.

— Какие рекомендации вы даете женщинам, которые приходят на прием?

— Бывает, что у женщины вся грудь в кистах и консервативное лечение не дает эффекта. Порой доходит до того, что приходится полностью удалять молочную железу из-за постоянных рецидивов. Если женщина не замужем, мало рожала, она директор фирмы и живет в постоянных нервотрепках — это все играет отрицательную роль. Ей скажешь: не нервничайте, не злоупотреблять кофе, черным чаем, шоколадом. Но это мы в пустоту говорим. Что значит сегодня не нервничать?

Если ты пришел в магазин, с кем-то поспорил — и, пожалуйста, уже понервничал. А это состояние всегда к чему-нибудь да приведет. Если не к развитию дисгормональных заболеваний, то во время стресса может быть гипертонический криз, инсульты, инфаркты…

Поэтому надо держать себя в руках и больше улыбаться. Я как-то иду по улице с улыбкой на лице, ко мне подходит женщина и с агрессией спрашивает: «А почему вы улыбаетесь?» Я был шокирован и не знал даже, что ответить. Говорю: «Настроение у меня хорошее». Она отвечает: «Странно». Я еще подумал, что, действительно, странно. Все ходят озлобленные, а я хожу и улыбаюсь. Посмотрите, по улице ведь мало ходит улыбающихся людей.

— Во сколько лет и что должна делать женщина, чтобы вовремя выявить рак молочной железы?

— Женщинам с 20 до 30 лет раз в три года надо ходить к маммологу и делать УЗИ. При этом лучше, если УЗИ будет делать именно маммолог.

Раковая опухоль очень коварна. Она не всегда такая, как описано в учебнике. Она может быть не опухолью, а каким-то участком. Нет заболевания молочной железы, под которое не замаскировался бы рак.

После 30 лет осмотр маммолога и УЗИ должны быть ежегодно, а после 50 лет раз в два года надо обязательно делать еще и маммограмму. Тем, у кого наследственные раки, ее начинают делать раньше.

У меня есть пациентка, слава богу, у нее сейчас все хорошо. У нее в 25 или 26 лет возник рак молочной железы, там опухоль была чуть не третьей стадии, а на маммограмме вообще ничего не было видно. Но когда уже сделали спектральную маммограмму, это специальная функция к маммографу, опухоль увидели.

— По какой причине возникает рак молочной железы?

— Нет явной причины, их много. Влияет и злоупотребление алкоголем. Были исследования, что 10 граммов любого алкоголя ежедневно на протяжении 7,5 года увеличивают риск рака груди до 6%. Плюс речь идет и о раках глотки, желудка, печени и поджелудочной железы.

Влияние курения на развитие рака молочной железы неоднозначно. Сегодня нет конкретных данных, что оно приводит к раку груди. Но к другим ракам приводит. Я имею ввиду раки желудка, гортани, легких…

Наследственных раков 5−10%. Все остальное — это спорадические (случайные. — Прим. TUT.BY) раки.

Ранние роды снижают риск развития рака молочной железы минимум в три раза. Но при этом женщина должна родить до 25 лет.

Когда разговариваю с пациентками, то вижу, что часто они сами себя программируют на болезнь. Хорошо помню женщину, которой поставил рак молочной железы впервые в своей жизни, я тогда только выучился. На УЗИ ее молочная железа у меня всегда вызывала вопросы и она мне постоянно говорила: «Сан Саныч, смотри очень внимательно, у меня есть рак». Да, так и вышло. У нее был очень высокоагрессивный рак третьей стадии, ей было около 40 лет и потом она прожила еще шесть лет.

Многие женщины обижены сами на себя или на кого-то. Иногда диву даешься, когда на откровенные разговоры выходишь. Говорят, что мама сестре отписала дачу, и она маму не может простить, или муж оставил, и она не может его простить. Бывает, что женщина посвятила себя мужу и семье, к 45 годам начинает из-за этого себя съедать и у нее может возникнуть рак.

— Это тоже дает толчок к раку?

— Как часто к вам приходят на прием молодые девушки?

— В последнее время все больше. Самая молодая пациентка — 22 года. У нее первая стадия рака молочной железы, через три года после постановки диагноза был рецидив, отправили на полное удаление молочной железы.

Благо, что мы выявляем такое на ранних стадиях. Сегодня диагностика действительно хорошая, потому что удается выявить рак в доклинических, ранних формах, на нулевой и первой стадии. Третью и четвертую стадию крайне редко диагностируют, это может быть у женщин, которые пять-шесть лет не были у доктора.

— С чем связано, что сейчас стало больше молодых пациенток?

— Трудно сказать. Но я думаю, что влияют экология и темп жизни.

— Как вы морально переживаете момент, когда говорите женщине, что у нее рак?

— Тяжело. Всегда тяжело. Пациент — это уже близкий человек. Некоторые приходят, чтобы я снял диагноз. Один, второй, третий врач написали, что рак, а она приходит и просит посмотреть. Тогда я говорю: «Не ищите себе того человека, который скажет, что у вас нет рака. Вы тогда погибнете. Вам поставили правильный диагноз и нужно начинать лечиться».

— Но вы же понимаете, что все, кто едет в онкологическую клинику, едут с надеждой, что их диагноз не подтвердится…

— Я понимаю психологию человека и как тяжело с этим смириться. Многие приходят с вопросом «За что?». Говорят: «Я такая хорошая, а у меня соседка плохая, и почему у нее все хорошо».

Читайте также:  Самая лучшая химиотерапия при раке молочной железы

Я всегда прошу не говорить: «За что?», а задавать себе вопрос: «Почему? Для чего?». Болезнь — это почему, а не за что. Когда человек начинает осознавать, почему с ним это произошло, быстрее выздоравливает.

— Были ли в вашей практике истории, когда вы понимали, что шансы не очень большие, но происходило чудо?

— Нет. Но бывает, когда раковый процесс идет медленно. Я наблюдал женщину с четвертой стадией рака после курса химиотерапии. У нее были отдаленные метастазы в костях, но она себя при этом неплохо чувствовала. Она приезжала раз в полгода на контроль, и я знал, что там финал, потому что уже не брались лечить. Но она была в приподнятом настроении и с четвертой стадией прожила еще как минимум три года.

У меня сейчас есть пациентка, которой 90 лет. У нее вторая стадия рака и много сопутствующих патологий. Ее нельзя оперировать. Мы прописали эндокринную терапию и объяснили дочке, что пациентка не от онкологического заболевания умрет. У нее выраженная сердечная недостаточность. Если мы ее на операционный стол возьмем, то со стола не снимем. Там много противопоказаний.

Она при этом себя неплохо чувствует, говорит, что немножко побаливает. У нее раковый процесс стабилизировался и стоит на месте.

— Мужчины к вам на прием часто приходят?

— Да. Много тех, кто занимается культуризмом и принимает добавки, которые способствуют развитию гинекомастии, то есть росту молочной железы. На фоне гинекомастии может развиться рак.

У меня есть пациент с раком молочной железы. Он знает, что 1% раков молочной железы — это рак у мужчин. И всегда, когда ко мне приходит, говорит: «Сан Саныч, пришел 1%». Ему молочную железу полностью удалили, он сейчас под наблюдением и неплохо себя чувствует.

— Как влияет на развитие рака молочной железы прием оральных контрацептивов?

— До первых родов не рекомендую их принимать, потом — можете.

Есть доказательная база, что семь лет принимать гормонозаместительную терапию безопасно, потом риск развития рака увеличивается. Но если гормонозаместительную терапию отменить, то через два года после этого риск сравняется с теми женщинами, которые ее никогда не принимали.

Но здесь вопрос качества жизни выходит на первый план. Если я вижу, что качество жизни у пациентки никакое, и у нее нет противопоказаний для принятия гормонозаместительной терапии, я ей ее назначаю и не боюсь этого. Но я обо всем предупреждаю пациентку, и она все равно сама принимает решение.

— Как за последние пять лет изменилась диагностика рака молочной железы?

— Все очень продвинулось. Сегодня маммографы стали более доступны, появились цифровые технологии. У нас был случай, когда мы нашли раковую опухоль по четырем микрокальцинатам (солевым отложениям в молочной железе. — Прим. TUT.BY), увидев их на маммограмме. Это мелкие точки разной формы и величины. Но по ним мы понимаем, что, скорее всего, начался раковый процесс. И в итоге там была опухоль до 5 мм, женщину пролечили, и она здорова.

Раньше при пленочных маммографах у нас таких возможностей не было.

— На ваш взгляд, как лечат рак молочной железы в Беларуси?

— На достойном уровне. Сегодня наши схемы лечения соответствуют мировым стандартам. Так же лечат и в Израиле, и в Германии.

— Что вы поняли о жизни за столько лет работы?

— Надо радоваться каждому дню. Здесь вспоминаешь слова из Библии: не думай о завтрашнем дне, он знает, каким ему быть, живи сегодняшним днем. Почему? Многие приходят с планами на завтра, а болезнь — хлобысь — и все планы ломает.

Еще надо быть добрее к людям и к себе. Я всегда говорю: «Делай пациенту все так, как будто ты можешь завтра оказаться на его месте».

— А как вы пришли в профессию?

— Я был акушером-гинекологом в Минском областном роддоме, и главврач Владимир Леонтьевич Селява в 1998 году вызвал меня к себе и говорит: «Пойдешь учиться на маммолога». Я говорю: «Не пойду». Гинекологи смотреть грудь всегда боялись, малейшие уплотнения — бегом к онкологам. Хотя гинеколог должен заниматься молочной железой — это часть репродуктивной системы.

И вот меня уговорили и отправили на учебу. Первым моим учителем была Ида Пахомовна Роговцева, она меня всему и научила. Когда я после учебы начал практиковать, сказал ей, что буду часто к ней направлять пациенток, потому что буду сомневаться. Она тогда сказала: «Первую тысячу посмотришь — и поймешь, что у женщины есть грудь. Дальше уже будет легче». Так оно и было.

Раньше УЗИ-аппараты были слабенькие, это не то, что сейчас, когда на приеме все видишь, и все определяли руками. Я поражался, как Ида Пахомовна руками может такое находить. А потом понял, что все приходит с опытом.

источник

Возраст — это один из тех факторов, которые влияют на риск развития рака молочной железы. По мере старения организма, вероятность возникновения злокачественных трансформаций в груди увеличивается.

Рак молочной железы характеризуется бесконтрольным ростом клеток в груди и формированием из них опухолей. Злокачественные опухоли могут достигать близлежащих тканей или распространяться в отдалённые части тела. Важно понимать, что при помощи ранней диагностики и скорого лечения можно предотвращать столь опасные процессы.

По данным Американского онкологического общества, рак молочной железы — вторая по распространённости форма рака из числа тех, которые затрагивают слабый пол. Чаще неё врачи диагностируют у женщин только немеланомный рак кожи. Согласно статистическим данным, примерно у каждой восьмой женщины однажды обнаруживается рак молочной железы.

Женщинам важно осознавать собственные факторы риска, чтобы принимать продуманное решение по поводу прохождения скрининг-тестов и целесообразности внесения изменений в образ жизни.

В текущей статье мы рассмотрим связь между возрастом и раком молочной железы. Мы также обсудим другие факторы, способствующие развитию данной формы рака, а также поговорим о пользе и рисках, связанных с регулярными скрининг-тестами.

Рак молочной железы чаще диагностируется после 50 лет

Риск развития рака молочной железы увеличивается по мере взросления, поскольку старение организма повышает вероятность аномальных изменений в клетках.

Обычно рак молочной железы затрагивает женщин, возраст которых превышает 50 лет. По информации экспертов из Национального института рака США, врачи в большинстве случаев обнаруживают данное заболевание у пациенток, которым исполнилось от 55 до 64 лет.

На основании данных, полученных американскими врачами с 2012 по 2016 год, местные эксперты подсчитали средний возраст пациенток с раком молочной железы. Он составил 62 года.

Притом что чаще всего рак молочной железы диагностируется у женщин после 50 лет, данное медицинское состояние также может возникать и в молодые годы.

По оценкам экспертов из Национального института рака США, риск обнаружения рака молочной железы в течение ближайших десяти лет для разных возрастных групп составляет:

  • 1 к 227 (0,44%) у женщин в возрасте от 30 до 40 лет;
  • 1 к 68 (1,47%) у женщин в возрасте от 40 до 50 лет;
  • 1 к 42 (2,38%) у женщин в возрасте от 50 до 60 лет;
  • 1 к 28 (3,56%) у женщин в возрасте от 60 до 70 лет;
  • 1 к 26 (3,82%) у женщин в возрасте от 70 до 80 лет.

По данным Национального института рака США, в период между 2012 и 2016 годами врачами Соединённых Штатов Америки было зафиксировано 437722 новых диагноза «рак молочной железы», при этом:

  • 1,9% пациенток находились в возрасте от 20 до 34 лет;
  • 8,4% пациенток находились в возрасте от 35 до 44 лет;
  • 20,1% пациенток находились в возрасте от 44 до 55 лет;
  • 25,6% пациенток находились в возрасте от 55 до 64 лет;
  • 24,8% пациенток находились в возрасте от 65 до 74 лет;
  • возраст 13,7% пациенток превышал 84 года.

Возраст — лишь один из нескольких факторов риска развития рака молочной железы. К числу других факторов, которые люди также не могут контролировать, относится следующее.

Рак груди может развиваться и у мужчин, и у женщин. Однако, по данным Американского онкологического общества, у слабого пола данное заболевание возникает примерно в 100 раз чаще.

Молочные железы содержат жировые и соединительные ткани. Эти два вида ткани по-разному проявляются на маммографии. Врачи называют молочные железы, содержащие больше соединительной ткани, чем жировой, маммографически плотными.

Женщины с более плотной тканью более подвержены раку молочной железы по сравнению с женщинами такого же возраста, но с менее плотной тканью.

Гены BRCA1 и BRCA2 создают белки, которые задействованы в восстановлении ДНК специфических тканей, в том числе тканей молочной железы. Изменения или мутации этих генов могут существенно повышать риск развития рака молочной железы.

По данным Американского онкологического общества, риск развития данной формы рака в возрасте от 70 до 80 лет у женщин, унаследовавших мутации генов BRCA1 и BRCA2, составляет примерно 70%.

Женщины с такими генетическими мутациями также более склонны к развитию рака молочной железы в более юном возрасте. Кроме того, злокачественные образования у них чаще развиваются не только в одной груди, но и во второй. Более того, известно, что мутации генов BRCA1 и BRCA2 повышают риск развития рака яичников.

Изменения в некоторых других генах также могут делать рак молочной железы более вероятным.

Семейная история рака молочной железы повышает риск развития данного заболевания.

Риск удваивается при наличии родственников первой линии с рассматриваемой формой рака и утраивается при наличии двух родственников первой линии. Родственники первой линии — это родители, родные братья и сёстры, а также дети. Следует отметить, что родственников мужского пола с раком тоже необходимо учитывать.

Менструальный цикл способствует повышению уровней женских половых гормонов в организме, то есть эстрогена и прогестерона.

Организм женщин, у которых менструации начинаются в раннем возрасте (до 12 лет), а также тех, кто проходят через менопаузу на более поздних этапах жизни (после 55 лет), сильнее подвержен воздействию гормонов, что повышает риск развития рака молочной железы.

Женщины, которые никогда не рожали детей после вынашивания ребёнка в течение полного срока беременности, а также те, кто имели первую полноценную беременность после 30 лет, также связаны с повышенным риском.

Диэтилстилбестрол — это лекарственное средство, которое в период между 1940 и 1971 годами врачи выписывали некоторым беременным женщинам в США для профилактики выкидышей. Женщины, принимавшие данный препарат во время беременности, и дети, родившиеся в результате такой беременности, имеют несколько повышенный риск развития рака молочной железы.

Женщины, которые ранее страдали раком молочной железы, связаны с достаточно высоким риском повторного развития данного заболевания или во второй груди, или в других частях ткани однажды затронутой груди. Следует отметить, что в данном случае речь не идёт о рецидивах.

История нераковых заболеваний груди также повышает риск развития рака молочной железы. К числу опасных медицинских состояний относятся следующие:

  • атипичная гиперплазия;
  • дольковая карцинома in situ;
  • протоковая карцинома in situ.

Женщины, которые до 30 лет перенесли лучевую (радиационную) терапию грудной клетки, например для лечения лимфомы Ходжкина, имеют повышенный риск развития рака молочной железы.

Разные возрастные группы связаны с риском разной степени. Наибольший — имеют те женщины, которые перенесли лучевую терапию в подростковом возрасте и ранней зрелости. Эксперты из Американского онкологического общества отмечают, что лучевая терапия после 40 лет, по-видимому, не повышает риск развития рака молочной железы.

Активный образ жизни снижает риск развития рака молочной железы

Многочисленные факторы, связанные с образом жизни, могут повышать риск развития у женщин рака молочной железы. Знание этих факторов помогает уменьшать риск.

К числу таких факторов относится следующее.

  • Малоактивный образ жизни. Недостаток физической активности повышает риск развития рака молочной железы. Регулярные занятия спортом положительно влияют на этот и многие другие аспекты здоровья.
  • Приём гормонов. Некоторые виды заместительной гормональной терапии, а также противозачаточные таблетки могут делать развитие рака более вероятным. Путём применения альтернативных средств можно снижать риск.
  • Лишний вес после менопаузы. После вступления в менопаузу рак молочной железы развивается чаще у тех женщин, которые имеют лишний вес. Путём поддержания здорового веса можно снижать риск.
  • Потребление алкоголя. Эксперты считают, что между потреблением алкоголя и риском развития рака молочной железы существует прямая связь. Чем больше женщина пьёт, тем выше риск, поэтому снижать его можно путём полного отказа от спиртных напитков или их ограниченного потребления.

Эксперты из Целевой группы по профилактическим услугам США считают, что женщинам в возрасте от 50 до 74 лет, имеюшим средний риск развития рака молочной железы, следует проходить скрининг-тесты каждые два года.

Женщинам, возраст которых составляет от 40 до 49 лет, особенно если они имеют повышенный риск развития рака молочной железы, необходимо обсуждать с врачом риски и пользу регулярных скринингов.

Обычно для проверки на рак молочной железы врачи используют маммографии. Маммография — это рентгенологическое обследование, позволяющее обнаруживать рак молочной железы на ранних стадиях, то есть ещё перед тем, как начинают проявляться первые симптомы.

К числу других диагностических инструментов, которые используются для проверки женщин с повышенным риском развития рака, относится следующее:

  • магнитно-резонансная томография молочной железы;
  • обследование груди, в рамках которого врач руками ощупывает молочные железы, обращая внимание на опухоли и другие подозрительные изменения.

Регулярные скрининг-тесты на рак молочной железы имеют свои преимущества и недостатки. Многие люди считают, что польза перевешивает потенциальный вред, однако каждая женщина должна сама решать вопрос целесообразности таких проверок.

Регулярные скрининг-тесты повышают вероятность обнаружения рака молочной железы на ранней стадии

К числу рисков скрининг-тестов относится следующее.

  • Ложноположительные результаты. Ложноположительный результат скрининг-теста — это такой результат, при котором экспертиза ошибочно показывает наличие у женщины злокачественных трансформаций. Обычно врачи предлагают дополнительные тесты, а это может становиться причиной серьёзных эмоциональных, временных и финансовых затрат.
  • Избыточное лечение. Некоторые формы рака оказываются доброкачественными и не вызывают ни симптомов, ни каких-либо других проблем. Подобные заболевания лечить нецелесообразно, но при этом терапия может вызывать побочные эффекты, а также приводить к финансовым, временным и эмоциональным затратам.
  • Ложноотрицательные результаты. Ложноотрицательные результаты получаются, когда врачи ошибочно не замечают злокачественных изменений. Это может приводить к тому, что пациентки получают диагноз поздно и начинают лечиться в тот период, когда болезнь уже достигла более продвинутой стадии.
Читайте также:  Сабельник для лечения рака груди

Главное преимущество регулярных скрининг-тестов состоит в том, что они повышают шансы на своевременное выявление рака молочной железы. Это значительно улучшает прогноз выживаемости, поскольку делает лечение более эффективным.

По мере старения организма риск развития рака молочной железы повышается. Чаще всего врачи диагностируют данное заболевание после 50 лет.

Однако существует множество других факторов, которые повышают риск развития рака молочной железы.

Отдельные факторы, например семейную историю онкологических заболеваний или наследственность, женщины не могут контролировать. Но, к счастью, можно снижать или не допускать воздействие на организм других факторов, таких как употребление алкоголя и недостаток физической активности.

Женщины могут обсуждать персональные факторы риска с врачом. У специалиста также можно спрашивать о пользе и вреде регулярных скрининг-тестов.

источник

Главные заблуждения о заболевании, в которых лучше разобраться

Сегодня во всем мире завершается ежегодный месяц борьбы против рака молочной железы, главная цель которого — дать людям как можно больше информации. Вместе с онкологом и исполнительным директором Фонда профилактики рака Ильей Фоминцевым мы составили список самых распространенных заблуждений и фактов о болезни, которые важно знать каждому.

Илья фоминцев

врач-онколог, исполнительный директор Фонда профилактики рака

Неправда. Если бы это было возможно на 100 %, все бы так и делали. Но никаких секретных знаний нет, а жаль.

Конечно, существуют методы, которые значительно снижают риск умереть от рака молочной железы, но все они не гарантируют этого на 100 %. К этим методам в большей степени относится вторичная профилактика — раннее выявление рака груди в группах риска. Однако есть факторы, которые снижают риск заболеть раком груди и на которые в какой-то степени женщина может влиять.

Неправда. К сожалению, все имеют некий относительно небольшой базовый риск заболеть раком груди, который повышается с приобретением факторов риска. Суммарно кумулятивный (то есть абсолютный — Прим. ред.) риск заболеть раком груди в течение жизни для женщин в России в возрасте от 0 до 75 лет составляет приблизительно 5,66 %. То есть из 100 женщин в течение жизни заболевают примерно 5,7. Иными словами, в РФ заболевает примерно каждая 17-я женщина (если не брать в расчет женщин старше 75 лет).

Одним из самых важных факторов риска является возраст, который, ясное дело, постоянно увеличивается у всех. Однако действительно верным будет утверждение «чем больше факторов риска есть у женщины, тем выше вероятность заболеть раком». Женщины из групп риска болеют гораздо чаще и забирают на себя большую часть общей заболеваемости.

Правда. После 45 лет риск рака молочной железы значительно выше. Например, в 2015 году в РФ раком молочной железы заболела 66 621 женщина. Из них только 7 673 (примерно 11 %) заболели в возрасте до 45 лет и только 425 (0,6 %) женщин заболели в возрасте до 30 лет.

А теперь подумайте, что и зачем делает молодая девушка, которая обследует молочные железы при помощи УЗИ? Вероятность, что именно эта девушка окажется одной из тех самых 425 на примерно 80 миллионов, у которой рак груди возникнет в этом году, крайне мала. Если учесть еще и низкую чувствительность УЗИ к раку, вероятность найти его еще меньше.

А вот вероятность, что доктор найдет кисту или фиброаденому, которая не требует лечения, но которую, тем не менее, скорее всего, будут агрессивно лечить, очень даже немаленькая. Задумайтесь — нужно ли это делать?

Неправда. Фиброаденомы не являются предраком молочной железы. Несмотря на это, по всей стране продолжается эпидемия удаления мелких фиброаденом, которые ничем не мешают женщине. С нашими проектами мы объехали всю страну — от Сахалина до Калининграда, — и везде встречали на консультациях изрубцованных запуганных раком девушек, у которых зачем-то удаляли все фиброаденомы, какие только видели на УЗИ. В действительности единственными показаниями к удалению фиброаденомы является быстрый ее рост или желание самой женщины ее удалить.

Неправда. УЗИ молочных желез вообще не должно применяться для поиска бессимптомного рака молочной железы. Его можно применять для дифференциальной диагностики, но не для поиска бессимптомного рака: для этого у УЗИ молочной железы слишком низкая специфичность и чувствительность к раку.

Это правда. Хоть и незначительно, но снижает. Так, например можно сказать, что каждый год кормления снижает риск приблизительно на 7 %, а каждые роды примерно на 9 % — все эти «скидки» суммируются.

Так, например, женщина, которая дважды рожала и кормила грудью суммарно три года, может рассчитывать на относительное снижение риска примерно на
40 %. Однако надо понимать, что относительный риск — это не абсолютный.
В пересчете на абсолютный риск эта «скидка» выглядит уже не так весело. Например, по данным 2015 года снижение риска составит около 2,3 %, поскольку и сам риск заболеть раком груди в течение жизни всего примерно 5,7 %.

Кроме того, эти цифры уже не будут актуальны для тех, у кого есть онкогенные мутации.

Неправда. Они вообще ни на что не влияют, даже на форму груди. Неправильно подобранный бюстгальтер может немного натереть кожу — пожалуй, на этом все. В реальности они имеют только декоративную функцию, как и любая другая одежда.

Неправда. Аборты никак не влияют на риск рака молочной железы. Однако вот отсутствие беременностей и родов в течение жизни действительно повышает риск рака груди. Это связано с количеством менструальных циклов: чем их больше, тем выше риск, и наоборот. Соответственно, поскольку каждая беременность и роды выключают эту машинку как минимум на девять-десять месяцев, это понятным образом сокращает риск рака груди.

Неправда. Вернее, не совсем правда.

Далеко не для всех женщин раннее выявление является панацеей. Кому-то это помогает прожить дольше, кому-то действительно помогает де-факто излечиться от рака, а кому-то вовсе никак не помогает. Эти самые группы «кому-то» неплохо изучены в последнее время, и критерии отбора на скрининг рака молочной железы значительно уточнены.

К сожалению, в последние годы (особенно в России) возможности раннего выявления рака груди с помощью маммографии были переоценены. Однако это не отменяет того факта, что для довольно широких групп женщин регулярная маммография может принести значительную пользу. Мы (Фонд профилактики рака. — Прим. ред.), подробно изучив исследования и международную практику, рекомендуем женщинам рентгеновскую маммографию с 50 лет ежегодно, если нет других факторов риска, кроме возраста. До этого возраста решение о профилактической маммографии сомнительно и должно приниматься совместно доктором и пациенткой исходя из конкретных обстоятельств и анамнеза.

Неправда. Травмы никак не связаны с риском рака груди, однако часто женщины связывают эти два факта. Травмировать грудь очень легко, и это довольно часто происходит. Травма груди — штука болезненная, и женщины хорошо о ней помнят, поэтому, когда спустя время возникают клинические признаки рака, женщины говорят себе: «Ага! Я знаю, кто виноват!» Но это неправда. Рак груди до момента клинического проявления развивается очень медленно, более десяти лет. И уж, конечно, возникновение симптомов рака никак не связано с недавней травмой.

Неправда. На эту тему было проведено множество исследований, но связь курения и рака груди не была доказана. Это не отменяет значимого влияния курения на риск развития других раков — рака легкого, рака желудка, рака ЛОР-органов.

Не совсем, но правда. Регулярное употребление заметных доз алкоголя действительно увеличивает риск рака груди, и это доказано крупными исследованиями. Нельзя при этом сказать, что алкоголь вызывает рак груди, — это будет слишком сильное утверждение.

Правда. Во всяком случае, профилактическую маммографию беременным женщинам действительно делать нецелесообразно. Пользы от такого профилактического обследования будет гораздо меньше, чем вреда. Однако если маммография беременной нужна в процессе лечения рака, то этот вопрос можно решить индивидуально, оценив все вероятности вреда и пользы. Если это действительно необходимо для лечения рака или его исключения, то беременным можно делать маммографию.

Скорее правда. Если, конечно, речь идет о доказанном очень высоком риске рака при онкогенной мутации — например, мутации в генах BRCA1/2.

В реальности это, конечно, всегда индивидуальное решение женщины, и тут сложно дать ответ в стиле «верно или нет». Однако если определяется онкогенная мутация, которая достоверно повышает абсолютный кумулятивный риск рака груди до 85 %. Я часто спрашиваю на лекциях женщин — что бы вы сделали, зная, что при такой мутации 85 из 100 заболевают агрессивным раком груди? Примерно треть отвечает, что предпочли бы удаление молочных желез с реконструкцией имплантами; соответственно, две трети уже не так уверены в таком решении. Трудно сказать, кто из них прав: это их жизнь.

Неправда. Сейчас уже все реже и реже для лечения рака груди применяется мастэктомия (полное удаление груди с регионарными лимфоузлами). Более того, в большинстве крупных городов мастэктомии составляют абсолютное меньшинство среди всех хирургических вмешательств при раке груди. Это связано с новым пониманием биологии опухоли. После многих исследований стало окончательно ясно, что рак груди — изначально системное заболевание и, конечно, совершенно не имеет смысл локально удалять большие объемы.

Это не улучшает отдаленных результатов, но приводит к увеличению частоты послеоперационных проблем. Поэтому сейчас роль хирургии при раке молочной железы скорее диагностическая, чем лечебная, и объемы удаляемых тканей уменьшаются в соответствии с улучшением понимания биологии рака. На данный момент чаще всего применяется удаление сектора молочной железы с опухолью и подмышечная лимфаденэктомия (удаление части подмышечных лимфоузлов). Молочная железа при этом сохраняется.

Более того: например, в петербуржском НИИ онкологии имени Н. Н. Петрова на потоке применяется технология «сигнальных лимфоузлов» — лимфаденэктомия делается только в том случае, когда в особым образом выявляемом «сигнальном лимфоузле» есть изменения. Если же никаких изменений нет, удаляется и вовсе только опухоль с небольшим захватом окружающей ткани, и более ничего.

Неправда. Рак молочной железы, хоть и значительно реже, но бывает также и у мужчин. Кстати, рак груди у мужчины — это обоснованное подозрение на мутацию в генах BRCA1/2. Если у вашего близкого родственника-мужчины был рак груди, то имеет смысл получить консультацию медицинского генетика, для того чтобы пройти генетическое тестирование.

Неправда. С одной стороны, действительно, длительный прием оральных контрацептивов в анамнезе лишь очень незначительно (около 10 %) повышает относительный риск рака груди. Причем исследователи случайно обнаружили, что, скорее всего, повышение риска связано с конкретным компонентом трехфазных контрацептивов — левоноргестрелом.

Гораздо важнее то, что оральные контрацептивы при длительном приеме значительно повышают риск рака шейки матки у тех, кто заражен вирусом папилломы человека.

Однако те же оральные контрацептивы не менее значительно снижают риск рака яичников и рака матки. Поэтому решение о начале и продолжении приема контрацептивов необходимо принимать индивидуально с доктором. Доктор должен оценить риски всех перечисленных заболеваний и принять решение вместе с вами исходя из ваших приоритетов.

Неправда. Мастопатия в подавляющем большинстве случаев постановки этого диагноза — не только не предраковое, но и вовсе не заболевание. То, что наши узисты и маммологи по всей стране привыкли называть «диффузной мастопатией», — вариант нормы, который, как правило, не требует никакого вмешательства, если предменструальные боли не слишком выражены. Кстати, такого диагноза, как мастопатия, нет даже в МКБ (Международной классификации болезней). Так что можете сэкономить пару тысяч рублей на применении препаратов для лечения заболевания, которого нет. Да-да, такое в российской медицине бывает, и это далеко не единственный пример.

Неправда. Самообследование груди не снижает риск смерти от рака. Это было доказано в крупных рандомизированных исследованиях, которые (и вот это редкость!) в том числе проводились и в нашей стране.

Неправда. Импланты не оказывают никакого влияния на риск развития рака груди. Это проверено в очень многих исследованиях. Единственная проблема, которая возникает после установки имплантов для увеличения груди, — это то, что импланты мешают делать адекватную маммографию: они загораживают ткань, и это может помешать скринингу рака.

Неправда. Размер груди не оказывает никакого влияния на риск заболеть раком. Однако небольшой размер груди облегчает скрининг рака: вероятность пропустить рак в большой молочной железе выше.

А вот зато операция по уменьшению молочной железы снижает риск рака примерно пропорционально доле удаленных тканей. Объяснение тут вполне понятное: удаляя ткань железы, пластические хирурги также удаляют и потенциально опасные участки, которые в ней присутствуют. Это снижает риск. Любопытно, что, вопреки распространенным убеждениям, количество операций по уменьшению молочной железы вполне сравнимо с количеством операций по ее увеличению. Это довольно популярная процедура.

Неправда. Загар топлес, как и вообще любой загар, никоим образом не влияет на риск рака молочной железы. Ультрафиолетовое излучение не достигает ткани молочной железы совершенно, а нагрев поверхностных тканей (кожи и поверхностной подкожной клетчатки) в процессе загара не оказывает влияния на риск.

К сожалению, этим мифом до сих пор пугают многих женщин даже врачи. Бог знает, зачем они это делают, ведь так несложно об этом почитать. Ровно то же самое относится и к загару в солярии со стикини. К раку молочной железы это не имеет ни малейшего отношения, однако от ультрафиолетового ожога кожи сосков это действительно может спасти.

Неправда. Типы питания не оказывают сколь-либо значительного влияния на риск рака груди. Это может быть с рядом оговорок справедливо для других видов рака, но не для рака груди.

источник