Меню Рубрики

Рак молочной железы лимфоузлы чистые

Давно установлена взаимосвязь между размером опухоли, наличием метастазов и прогнозом заболевания.

C.L. Carter и соавторы исследовали 24740 случаев рака молочной железы (РМЖ).

Результаты этих исследований еще раз подтвердили наличие достоверной корреляционной зависимости между выживаемостью, размером опухоли и наличием метастаза в лимфатических узлах.

РМЖ без метастазов в лимфатических узлах размером меньше 1 см в диаметре протекает клинически благоприятно и больным не требуется химиотерапия, а опухоли более 3 см в диаметре, как правило, агрессивнее и пациенты должны получать химиотерапию.

Однако решение вопроса о необходимости адъювантной химиотерапии у больных с опухолями от 1 до 3 см в диаметре зависит от целого ряда других прогностических факторов, которые в этой книге рассмотрены в других разделах.

Таблица 7. 5-летняя выживаемость больных раком молочной железы в зависимости от размера опухоли и статуса лимфатических узлов (Nemoto Н. et al., 1980)

источник

Лимфоузлы при раке молочной железы — сторожевые иммунной системы и зона развития первых метастазов, поскольку получают из ткани и кожи молочной железы лимфу с циркулирующими клетками рака. Опухолевое поражение лимфатического коллектора сигнализирует о распространенности рака в организме. Степень вовлеченности лимфатической системы молочной железы определяет выбор лечебной тактики и в конечном счёте — прогноз на излечение.

Лимфатический узел (ЛУ) — своеобразный фильтр с большим числом разнообразных лимфоцитов и других иммунных клеток, в который лимфатическая жидкость из органов приносит всё лишнее и вредное. ЛУ образуют группы от нескольких узелков до многих десятков, к каждой группе притекает лимфатическая жидкость от определенной анатомической области.

От молочной железы к лимфатическим узлам подмышечной области и далее к подключичным и надключичным ведет несколько лимфососудистых путей:

  • Первый и самый объемный, вбирающий почти 95% всей отработанной лимфы от молочной железы — подмышечный путь, сюда также притекает жидкость от руки, половины грудной стенки и верней части живота. При блокаде клетками рака подмышечных ЛУ жидкость устремляется к лимфоколлекторам брюшной полости, которые связаны сетью капилляров с лимфоидными образованиями в средостении и связке печени, занося в них метастатические эмболы.
  • От верхних и задних квадрантов молочной железы лимфа сразу или окольным путем через мелкие узелочки между грудными мышцами попадает в подключичный коллектор, а оттуда утекает в надключичные лимфоузлы, чтобы в дальнейшем влиться в грудной проток.
  • Парастернальный путь собирает жидкость от внутренних отделов молочной железы и несет её к узелкам в межреберных промежутках и дальше в подключичные и надключичные зоны. Путь анастомозирует с межреберными лимфососудами, которые связаны с лимфатической сетью грудных позвонков, что и объясняет развитие метастазов в позвоночнике.
  • В лимфатическую систему средостения уносится лимфа от центра и срединных долек молочной железы, обуславливая образование метастазов в легких.
  • В коже молочной железы образованы две взаимосвязанные лимфатические сетки, направляющие жидкость в сосуды грудной клетки и противоположной молочной железы, помогая распространению метастазов в коже грудной стенки.

Размеры нормального и здорового лимфатического узелка — от нескольких миллиметров до двух сантиметров, он мягкий и безболезненный, при прощупывании легко смещается в сторону. Увеличение ЛУ — симптом неадекватности защитных возможностей лимфоидного органа оздоровительным потребностям организма, когда иммунный фильтр не справляется с возложенной на него функцией и внутри образуются зоны скопления раковых комплексов, впоследствии остающихся на ПМЖ.

Массивное поражение метастазами легко определяется на ощупь — ЛУ большие и плотные, но безболезненные пока не вросли в сосудисто-нервный пучок. При маммографии и УЗИ молочной железы определяется опухолевый лимфатический узел, правда без взятия клеточного материала для микроскопии это только «подозрение на рак», которое необходимо доказать или отвергнуть.

Во время операции на молочной железе или перед началом предоперационной химиотерапии обязательно выполняется биопсия главного или сторожевого узла, куда направляется основная масса лимфатической жидкости. При наличии в сторожевом ЛУ клеток рака одним блоком удаляется вся подмышечная жировая клетчатка со всем находящимися в ней.

Все удаленные лимфоузлы, сколько бы их не было в клетчатке, обязательно исследуются под микроскопом, при наличии клеток рака в них выполняются дополнительные исследования, в том числе ИГХ.

Распространение рака протекает, как предполагают, поэтапно: от нескольких клеток до массивных поражений, от подмышечных лимфоузлов в подключичные и далее в надключичные. Степени поражения также идут от минимальной до максимально 3-й:

  • При морфологическом исследовании обнаруживают всё патологическое, даже клеточные скопления в долю миллиметра — микроинвазию. В гистологическом заключении будет указано рN1miс, то есть клеточный комплекс имеет размер от 0,2 мм до 2 миллиметров, а литера «р» — сокращение от патоморфология;
  • Когда в лимфоузле нет опухоли — патоморфолог обозначит состояние как «рN0», если рядом стоит (I-), то значит выполнялась гистология и ИГХ, без иммуногистохимии — рN0 (I+);
  • Следующий уровень распространения рака по лимфосистеме — градация рN1, свидетельствующая о метастатическом поражении размером больше 2 миллиметров, причём должно быть не более трёх ЛУ в подмышке;
  • Вариант поражения рN2 обозначает группу от 4 до 9 метастатических ЛУ в подмышечной зоне или опухоль во внутригрудном лимфоузле;
  • Завершающая градация рN3 предполагает вариации от десятка метастатических подмышечных, или поражение раком подключичных, или вовлечение надключичных ЛУ.

В системе ТNМ литерой «Т» обозначается первичная раковая опухоль, регионарные лимфатические узлы — «N», соответственно метастазы — «М».

Образовавшиеся в регионарных ЛУ метастазы всегда только N, тогда как рак в подмышечной области противоположной железы — уже М, также как лимфоколлекторы шеи или в паху.

Клиническая классификация по степени поражения следующая:

  • N0 — лимфоузлы здоровы;
  • N1 — уже есть метастазы под мышкой, но без фиксации к окружающим тканям и с сохранением своей подвижности;
  • N2 — констатирует врастание или плотные конгломераты в подмышечной зоне;
  • N3 — опухоль вовлекла подключичные или надключичные, или внутригрудные.

Собирающие непосредственно от молочной железы лимфатическую жидкость лимфоузлы считаются регионарными.

Первый лимфатический коллектор — подмышечная впадина, где на пяти уровнях от ближайшего к железе до самого высокого в верхушке располагается до 75 ЛУ, в среднем — около трёх десятков. Самый первый и крупный — узел Зоргиуса или сигнальный.

Подключичные ЛУ принимают лимфу от подмышечных.

Около грудины между ребрами находится цепочка парастернальных лимфатических узлов или внутригрудных.

Надключичные ЛУ не регионарные, не так давно метастазы в них обозначали, как отдаленные, и процесс считался неоперабельным. Сегодня предоперационная химиотерапия позволяет изменить ситуацию и выполнить радикальную операцию даже в такой ситуации.

Прекрасное оборудование нашей клиники и специально подобранный по квалификационным и личностным характеристикам медицинский персонал выявит даже крошечный злокачественный очаг и поможет справиться с массивным.

источник

Начальный этап распространения опухоли. Метастазы в лимфоузлы при раке молочной железы – это прогностически неблагоприятно: вполне возможно, что инвазивная карцинома набрала достаточный вес и отправила раковые клетки в отдаленные органы и ткани.

Первыми поражаются сторожевые лимфоузлы

Чем больше величина опухоли, тем выше риск метастатического распространения. Даже при 1 стадии могут быть выявлены метастазы в лимфоузлы при раке молочной железы (при размере первичного узла менее 10 мм раковые клетки обнаруживаются в лимфатической системе у каждой 10-ой пациентки – как минимум, в 11% случаев). Выделяют 2 основных пути лимфооттока от груди:

На первый путь приходится 75% всех случаев лимфогенного метастазирования, 20% на второй путь, и 5% – для редких вариантов. Зачастую первым проявлением злокачественной опухоли в груди может стать обнаружение «шишки» в подмышечной области: нащупав увеличенный лимфатический узел, необходимо проявить онконастороженность и сделать полное обследование.

По результатам первичных исследований (УЗИ, ММГ, МРТ, ПЭТ) врач поставит предварительный диагноз с обязательной формулировкой по системе TNM. Метастазы в лимфоузлы при раке молочной железы определяются буквой «N» и разделяются на следующие варианты:

  • N0 – отсутствует метастатическое поражение региональных лимфатических узлов;
  • N1 – с той же стороны, где опухоль в груди, обнаружены подмышечные узлы;
  • N2a – пакеты или конгломераты в подмышечной области (группа из нескольких лимфоузлов, спаянных между собой и плотно прикрепленных к тканям);
  • N2b – наличие внутригрудных узлов при отсутствии очагов в подмышечной области;
  • N3a – поражение подключичных лимфоузлов;
  • N3b – сочетание увеличенных подмышечных и внутригрудных лимфометастатических очагов;
  • N3c – наличие увеличенных лимфатических узлов в надключичной области.

Если при пальпации и по результатам аппаратной диагностики не найдены метастазы в лимфоузлы при раке молочной железы, то это вовсе не означает, что имеется абсолютная гарантия отсутствия раковых клеток в лимфатической системе.

Для точного диагностирования надо взять ткань узла для морфологического исследования. Для этого используются следующие варианты:

  • биопсия сигнального (сторожевого) узла;
  • хирургическая эксцизия (иссечение);
  • экспресс-биопсия региональных узлов во время проведения органосохраняющей операции;
  • лимфодиссекция при радикальной операции.

Врач-гистолог, используя все возможности морфологических, молекулярных и иммуногистохимических исследований, оценит состояние биопсийных и удаленных лимфатических узлов. По результатам проведенной морфологии диагноз может измениться в лучшую или худшую сторону. Префикс «p» перед буквой «N» означает, что это патогистологический диагноз. Выделяют следующие варианты диагноза:

  • pN0 – метастазы в лимфоузлы при раке молочной железы не выявлены;
  • pN0(i-) – отсутствие раковых клеток при гистологии и иммуногистохимии;
  • pN0(i+) – выявлены единичные атипические клетки;
  • pN0(mol-) – ни при морфологии, ни при молекулярно-биологическом исследовании нет РНК опухолевых клеток;
  • pN0 (mol+) – морфология отрицательна, но при молекулярной диагностике обнаружены РНК карциномы;
  • pN1mi – микрометастатическое поражение лимфоузлов;
  • pN1 – есть метастазы в 1-3 лимфоузлах;
  • pN2 – поражены 4-9 лимфатических узлов;
  • pN3 – 10 и более метастатически пораженных лимфоузлов.

Метастазы в лимфоузлы при раке молочной железы прогностически неблагоприятны, но, имея полную информацию о карциноме и осознавая риск отдаленного метастазирования, врач выберет оптимальный объем хирургического вмешательства и эффективные схемы адъювантной химиотерапии.

источник

Здравствуйте!
Мои вопросы:
1)с чего начинается лечение при раке молочной железы T2N2Mo с операции или химиотерапии?
2) Лечение стандартное или возможен индивидуальный подход с учетом размера груди, наличия отечности?
3)Возможно ли начать лечение с операции, а не химиотерапии?
Дело в том, что мнение хирурга и химиотерапевта разошлись: хирург предположил начать с операции, поскольку грудь большая, не отечная, размер опухоли 3 см. А химиотерапевт, ссылаясь на поражение лимфоузлов, говорит об обязательном проведении неоадъювантной химиотерапии.

Добрый день.
Меня зовут Анна, 29 лет. Детей нет. Во время планирования беременности назначали стимуляцию (Клостилбегит+ утрожестан), что и вызвало образование фиброаденомы и её последующий рост. 3-ий размер груди.
11.04.12 мне сделали операцию – был удален сектор (над соском) левой молочной железы, а так же лимфатические узлы.
Диагноз: инфильтрирующий протоковый рак молочной железы со скиррозным компонентом. Лимфоузлы не поражены. Стадия 1А.
Результаты иммуногистохимической диагностики.
Эстроген 45% (0-5 —, 5-100 +, 100-200 ++, 200-300+++) 75+,
Прогестерон 10% (0-5 —, 5-100 +, 100-200 ++, 200-300+++) 20+
HER2/NEU негатив
P53 1%
Ki 67 15-20%
Назначено лечение:
1) 4-6 курсов красной химиотерапии, (первый курс уже пройден).
2) Лучевая терапия ( после 2ой или же после 4ой химиотерапии)
3) Диферелин — минимум 2 года. ( Первая инъекция уже сделана)

Подскажите, пожалуйста,
Что означает термин ‘со скиррозным компонентом‘?
Что значит Ki 67 15-20%? Это скорость роста клеток? Если да, данные показатели характеризуются как быстрый рост?
Насколько правильно назначено лечение на Ваше усмотрение? Насколько необходима химиотерапия при моем диагнозе?
Какова вероятность метастазирования или же рецидива?
Заранее благодарна.
С уважением, Анна.

11 мая в Алуште состоялась конференция, посвященная таргетной терапии солидных опухолей, в частности лечению рака молочной железы, который на сегодня является значимой причиной смерти женщин во всем мире.

Эндогенная терапия за последние два десятилетия позволила добиться определенного прогресса в лечении рака молочной железы, который достаточно чувствителен к гормональному воздействию.

Исследование Таксотера® демонстрирует повышение выживаемости и снижение числа рецидивов у пациентов с ранней стадией рака молочной железы. Согласно последним данным клинического исследования, использование химиотерапевтического препарата.

21 октября состоялся Международный медицинский научно-практический круглый стол, посвященный актуальным проблемам патологии молочной железы в мире и Украине.

Посещение маммолога – такое же важное профилактическое мероприятие для здоровья женщины, как и консультация гинеколога. Новообразования молочной железы всегда являлись актуальной проблемой женской онкологии. За последние годы заболеваемость раком груди ув

Компания «Ф. Хоффманн-Ля Рош Лтд.», штаб-квартира которой расположена в Базеле (Швейцария), является одной из ведущих мировых исследовательских и производственных организаций в сфере здравоохранения.

Рак молочной железы на сегодняшний день является самым распространенным видом рака у женщин. С каждым годом число заболевших в молодом возрасте увеличивается – рак «молодеет». Поэтому профилактика становится все более актуальной. Одной из стратегических целей медиков является воспитание у женщин культуры прохождения в обязательном порядке ежегодных профилактических обследований на раннее выявление патологии.

источник

Увеличившиеся лимфоузлы при раке молочной железы всегда свидетельствуют о том, что развитие злокачественного новообразования достигло III стадии, и начался процесс лимфогенного метастазирования. Данное клиническое явление подлежит тщательному исследованию, т. к. изучение видоизменённых лимфоузлов даёт специалисту большой объём полезной информации о характере развития опасного процесса.

Лимфатические узлы – это периферические органы, выполняющие фильтрационно-барьерную функцию, т. е. обеспечивающие защиту организма от патогенных агентов и злокачественных элементов. Но при проникновении в них очень большого количества аномальных клеток они теряют способность к нормальному функционированию и воспаляются. При раке молочной железы в первую очередь подвергаются поражению лимфоузлы под мышкой, на шее, под и около ключиц, т. к. относятся к группе сторожевых фильтрационно-барьерных органов.

Спровоцированное развитием онкологического процесса воспаление лимфоузлов этой группы может начаться на самом раннем этапе развития, т. к. они ближе всего расположены к опухолевой структуре, и часто становятся мишенями для аномальных элементов.

Как выглядят лимфоузлы при раке молочной железы? После поражения метастазами лимфатической системы узлы становятся плотными и различных размеров, от горошины до небольшого яблока, при пальпации остаются на месте или перекатываются под кожей, натянутая гиперемированная кожа становится горячей на ощупь.

Важно! Если женщина заметила подобные явления, ей следует обратиться в первую очередь к терапевту, который после проведения соответствующих исследований и подтверждения подозрения на развитие опасного заболевания направит пациентку к маммологу.

Чтобы назначить оптимальный по объёму курс терапии, онкологи в обязательном порядке проводят стадирование заболевания. Стадии рака молочной железы имеют непосредственную связь с увеличением лимфоузлов вследствие распространения в них метастаз и отображены в классификации TNM. Такая разновидность группирования онкоопухоли груди по стадиям даёт специалистам возможность провести оценку распространённости в организме злокачественного процесса, определить точный объём новообразования и выявить, какие лимфоузлы при раке молочной железы подверглись поражению.

Основными критериями систематизации, определяющими прогноз онкоопухоли и оптимальную терапевтическую тактику, являются:

  1. Nx – данных, позволяющих оценить степень поражения, недостаточно.
  2. N0 – отсутствуют признаки, свидетельствующие о прорастании метастаз в регионарные фильтры.
  3. N1 – в подмышечных лимфатических узлах со стороны поражённой груди появляются единичные метастазы.
  4. N2 – наличие метастатического поражения лимфоузлов грудных мышц или множественных вторичных очагов в подмышках.
  5. N3 – множественные метастазы присутствуют во внутригрудинных, подмышечных, шейных, над- и подключичных фильтрационных органах.

После активизации процесса малигнизации аномальные клетки материнского злокачественного очага начинают распространяться по организму лимфогенным путём. Первым очагом поражения всегда становится сторожевой лимфоузел. При раке молочной железы первичным органом фильтрации является тот узел, который расположен ближе всего к злокачественному новообразованию.

Процесс лимфогенного распространения мутировавших структур из женской груди происходит следующим образом:

  1. Перешедшая на II стадию развития онкоопухоль становится рыхлой, вследствие чего слабо связанные друг с другом мутировавшие клетки начинает вымывать тканевая жидкость.
  2. Оторвавшиеся от материнского очага аномальные элементы попадают в лимфатические сосуды и продвигаются с током лимфы до первого фильтрационного органа.
  3. Попав в сигнальный лимфоузел, они частично разрушаются иммунной системой, а оставшиеся элементы начинают бесконтрольно делиться и образуют быстро растущий метастаз, склонный к дальнейшему метастазированию.

Образованию вторичных злокачественных очагов в лимфатической системе способствует ослабленность организма больной сопутствующими хроническими патологиями и её возраст. Стоит отметить, что чем старше пациентка, тем более активен у неё процесс метастазирования.

Важно! Подмышечные лимфоузлы при раке молочной железы чаще всего становятся сторожевыми, поэтому при их увеличении следует обязательно обратиться к специалисту за консультацией и пройти ряд диагностических исследований.

Лимфа, выходящая из молочных желез, поступает в располагающиеся поблизости от онкоопухоли фильтрационные барьеры.

Данные лимфоузлы являются при раке груди регионарными и подразделяются на 3 уровня:

  • нижние, локализованные между малой грудной мышцей и подмышкой;
  • средние, расположенные между средней плоскостью и боковыми краями малой грудной мышцы;
  • апикальные, включающие подключичные и внутригрудинные и заднелопаточные фильтры.

Поражение регионарных фильтрационных барьеров провоцирует активизацию процесса лимфогенного метастазирования. Злокачественные клетки отрываются от вновь образовавшихся вторичных очагов и двигаются с лимфотоком по ходу межрёберных сосудов в мезентерий (брыжейку) и внутрибрюшные органы. Возникает увеличение мезентериальных лимфоузлов при раке молочной железы не часто и только на последних стадиях заболевания.

Основные фильтрационные барьеры, защищающие грудь женщины от воздействия патологических агентов, находятся во внутригрудинных, подмышечных и околоключичных областях. Именно они первыми реагируют на зарождение злокачественного новообразования. Чтобы определить характер опухолевой структуры, онкологи в первую очередь оценивают метастазы в лимфоузлах. При раке молочной железы, вернее подозрении на него, проводят их биопсию – частичное или полное иссечение с забором биоптата для дальнейшего гистологического и цитологического исследования.

Проводится резекция фильтрационных органов следующим образом:

  • удаляются все воспалённые лимфатические узлы, хотя для оценки патологического процесса достаточно всего 10 шт;
  • в ходе операции иссекается и определённое количество жировой и мышечной ткани.
  • под резекцию могут попасть не только поражённые узловые барьеры, но и здоровые.

Прорастание аномальных клеток в лимфоузлы при данной разновидности онкоопухоли начинается уже на II стадии болезни.

Оно выражается в 3 степенях, каждая из которых характеризуется специфическими изменениями в периферических органах лимфатической системы:

  • минимальные патологические преобразования;
  • появление небольшого количества мутировавших клеток;
  • значительное поражение лимфоузлов аномальными клеточными структурами.

Перенос злокачественных клеток из железистой онкоопухоли, поразившей ткани женской груди, происходит двумя путями:

  1. Гематогенный, по кровяному руслу в отдалённые внутренние органы.
  2. Лимфогенный, с током лимфы в узелковые барьеры, эпителиальные ткани и костные структуры.

Второй путь распространения злокачественных клеток отмечается практически в 90% случаев. Увеличенные лимфоузлы при раке молочной железы – первое свидетельство того, что началось лимфогенное метастазирование. В этом случае необходимо экстренное обращение к специалисту и начало более агрессивного лечения, т. к. при его отсутствии лимфа, наполненная мутировавшими клетками, в короткие сроки доставит их к печени, лёгким и костным структурам позвоночника.

Процесс лимфогенного метастазирования начинается после активизации процесса малигнизации в материнской опухолевой структуре.

После того, как произойдёт прорастание метастаз в лимфоузлы при раке молочной железы, у пациенток появляется дополнительная симптоматика, имеющая непосредственную связь с этим патологическим явлением:

  1. Аномально изменённые узлы средостения (грудной клетки) провоцируют регулярные приступы кашля, не сопровождающегося выделением мокроты.
  2. Воспаление лимфоузлов шеи проявляется ощущением застрявшего в гортани постороннего предмета, мешающего глотать, одышкой и осиплостью голоса.

Важно! Подобные явления очень опасны, т. к. указывают на II, III и IV стадии развития недуга. Болят ли лимфоузлы при раке молочной железы? На этот вопрос маммологи всегда отвечают положительно и советуют пациенткам даже при незначительном их увеличении, но появлении выраженной болезненности, немедленно обратиться за консультацией к специалисту.

Перед назначением протокола лечения пациентки, у которых выявлено поражение лимфоузлов, проходят полную диагностику.

Она заключается в проведении целого ряда исследований:

  • УЗИ органов брюшной полости;
  • рентгенография легких;
  • маммография;
  • КТ, ПЭТ, МРТ.

Дополнительно женщинам, у которых подозревают метастазы в лимфоузлах при раке молочной железы, назначают анализ крови на онкомаркеры. Его целью является выявление специфических маркеров CA 27-29, CA15-3 и CEA, способных с наибольшей точностью подтвердить развитие лимфогенного метастазирования.

Также перед назначением адекватного лечения необходимо определение сторожевого лимфоузла при раке молочной железы. Для этого проводят процедуру лимфосцинтиграфии, радиоизотопного сканирования лимфатической системы, позволяющую визуализировать все фильтрационно-барьерные органы. После лимфосцинтиграфии выполняется биопсия сторожевого лимфоузла для гистологического исследования. Забор аномального биоптата является очень важной процедурой и позволяет правильно выбрать терапевтическую тактику и спрогнозировать дальнейшее течение болезни.

Результативность лечения при такой разновидности метастатического поражения имеет непосредственную взаимосвязь с применением комплексной терапии. Только сочетание нескольких методов позволяет достигнуть длительной ремиссии или полного выздоровления женщины.

Пациенткам, у которых при наличии онкоопухоли в груди началось разрастание лимфоузлов, маммологи предлагают следующие терапевтические методики:

  1. Хирургическое вмешательство. Чаще всего выполняется полная или частичная резекция регионарных узлов, расположенных со стороны подвергнувшейся онкопоражению груди. Удаление лимфоузлов при раке молочной железы предваряет лимфосцинтиграфия, с помощью которой специалист определяет объём предстоящей операции. Данное вмешательство проводят как с лечебной, так и с диагностической целью.
  2. Химиотерапия. При раке молочной железы это основная терапевтическая методика. В противоопухолевых курсах используются такие группы лекарственных средств, как антиметаболиты Капецитабин, Тиопурин, останавливающие развитие опухоли, алкилирующие препараты, Ломустин, Митомицин, разрушающие ДНК-молекулы мутировавших клеток, таксаны Ютаксан, Паксен, блокирующие процесс неконтролируемого деления клеточных элементов раковой опухоли.
  3. Лучевая терапия. Данная лечебная тактика применяется в случае метастатического поражения регионарных лимфатических узлов. Она достаточно популярна на II III стадии онкопроцесса, т. к. облучение лимфоузлов, находящихся в непосредственной близости от опухолевой структуры, позволяет свести к минимуму число рецидивов.

Стоит знать! Если у женщины диагностировали активно прогрессирующий рак молочной железы и в большом количестве удалили лимфоузлы, у неё нарушается лимфоток, что приводит к возникновению определённого ряда последствий – значительная отёчность руки со стороны проведённой резекции, ограничение её движения и онемение кожного покрова. Чтобы быстрее справится с этим неприятным последствием, в постоперационном периоде пациентки должны полноценно отдыхать и соблюдать режим дня, а также сбалансированно питаться. Кроме этого необходим полный отказ от вредных привычек.

Данный вопрос интересует большое количество женщин с подозрением на онкопоражение груди или уже уточнённым диагнозом.

При ответе на него специалисты поясняют, что у каждой конкретной пациентки бывает свой личный прогноз, взаимосвязанный с рядом факторов:

  1. К какой возрастной категории относится женщина (у молодых пациенток отмечаются более высокие шансы на длительную ремиссию).
  2. Наступило ли спровоцированное онкологией истощение организма или общее состояние женщины можно отнести ближе к норме.
  3. Проводилось ли удаление лимфоузлов при раке молочной железы, или резецирована только материнская опухоль.
  4. Каково процентное содержание мутировавших клеток по отношению к здоровым.

Исходя из этих показателей, специалисты высчитывают возможные шансы на жизнь для каждой конкретной пациентки и корректируют в случае необходимости терапевтические назначения.

Большое влияние на % выживаемости оказывает то, на каком этапе развития выявлено опасное заболевание.

В онкологической статистике отмечается следующая взаимосвязь прогноза на излечение со стадией болезни:

  1. 0 и I – самые благоприятные для полного выздоровления этапы, т. к. отсутствует метастатический процесс. При адекватном лечении 100% пациенток могут навсегда забыть о страшной болезни.
  2. II – лимфоузлы при раке молочной железы этой стадии развития начинают подвергаться поражению, что приводит к снижению шансов на длительнуюремиссию. До 5 лет доживает приблизительно 93% пациенток.
  3. III – шансы на жизнь значительно снижаются, т. к. появляется большое количество вторичных злокачественных очагов, распространившихся лимфогенным путём. До критических 5 лет доживает 63% женщин.
  4. IV – увеличение лимфоузлов при раке молочной железы, достигшем этой стадии, активно прогрессирует. Поражение распространяется на забрюшинные и околопечёночные фильтрационные барьеры, поэтому жизненный прогноз становится полностью неблагоприятным – дожить до 5 лет удаётся только 22% пациенток.

Если вы нашли ошибку просто выделите ее и нажмите Shift + Enter или нажмите здесь. Большое спасибо!

Спасибо за ваше сообщение. В ближайшее время мы исправим ошибку

источник

Несмотря на трудности в лечении рака молочной железы, зачастую возможно предсказать риск распространения опухоли по организму. Лимфатическая система, подобно кровеносной, пронизывает все тело. Лимфа — жидкость лимфатической системы, содержит лимфоциты (белые кровяные тельца), которые защищают организм от различных инфекций. Злокачественные клетки опухоли могут попасть в ближайшие лимфатические узлы и далее переместиться по току лимфы в другие органы, образуя метастазы.

В процессе лечения рака молочной железы врач проверяет лимфатические узлы пациентки на наличие в них злокачественных клеткок с помощью биопсии сторожевого лимфатического узла или полного удаления всех лимфатических узлов в подмышечной области с дальнейшей биопсией.

Сторожевой лимфатический узел — это ближайший лимфатический узел, расположенный рядом с опухолью, по которому злокачественные клетки начинают распространяться по организму. Для того чтобы опознать сторожевой лимфатический узел, производится окраска или использование радиоактивных меток, которые наносятся на соседние с опухолью ткани. При наличии злокачественных клеток в лимфатических узлах последние окрашиваются, и врач удаляет их для проведения биопсии. Второй способ, при котором производится полное удаление подмышечных лимфатических узлов с последующей биопсией, имеет важное терапевтическое значение в случае если эти узлы уже поражены. Однако удаление подмышечных лимфатических узлов это травматическая процедура, имеющая множество побочных явлений, поэтому каждый случай рассматривается индивидуально совместно с онкологом и хирургом.

Результаты ряда международных исследований подвергают сомнению необходимость удаления подмышечных лимфатических узлов даже если сторожевой лимфатический узел показал наличие злокачественных клеток, если пациентки продолжают получать обычное лечение включающее химиотерапию и лучевую терапию. На сегодняшний день ученые не обнаружили, что более радикальная операция при раке молочной железы повышает процент выживаемости среди пациенток.
В последние несколько лет было проведено ряд исследований, которые доказали, что удаление сторожевого узла может быть достаточным даже для пациенток с метастатическим раком молочной железы. Таким образом, если в процессе операции не обнаруживается высокий риск поражения лимфатических узлов, как правило, нет необходимости в проведении радикальной операции по удалению всех подмышечных узлов.

Хирургический подход подобного рода при лечении рака молочной железы был разработан около 20 лет назад профессорами из Лос-Анджелеса — Дональдом Мортиным и его учеником Армандо Джулиано. Однако медицина не стоит на месте, и в недалеком будущем генетические открытия поменяют подход к хирургическому лечению при раке молочной железы. Генетический анализ опухоли позволит с большей вероятностью определять риск метастазирования, чем экспертиза лимфатических узлов, а прогрессивные методы лечения смогут предотвратить распространение болезни.

Доктор Михаэль Корец — один из ведущих специалистов по хирургии и реконструкции молочной железы в Израиле.

Основатель и начальник первого междисциплинарного Центра здоровья молочной железы в Израиле при медицинском центре «Сорока».

источник

Аргументы ЗА необходимость более совершенных прогностических факторов при РМЖ без поражения лимфатических узлов.

К. Томссен и Ф. Енике
European Journal of Cancer 36 (2000) 293-306

Аргументы в пользу того, что нужны / См. также Аргументы против

1. Введение
Рак молочной железы характеризуется диссеминацией раковых клеток гематогенным путем уже на ранних стадиях заболевания. Поэтому помимо местного лечения (хирургическая операция и ренгенотерапия), больным проводится системная химиотерапия и/или эндокринная терапия. За последние 40 лет реальная польза от системного адъювантного лечения в плане улучшения показателей выживания без признаков заболевания и общего выживания была подтверждена многочисленными рандомизированными испытаниями [1, 2]. Однако, так как рак молочной железы является гетерогенным заболеванием, вопрос о том, целесообразно ли назначать адъювантную химиотерапию всем больным или только больным с высоким риском развития системного заболевания при первом выявлении, остается открытым.

2. На каком этапе мы находимся?
Согласно рекомендациям, разработанным в 1998 г. на Сент-Галленской конференции по адъювантной терапии при раке молочной железы, адъювантная терапия должна проводиться почти всем больным, как с негативными, так и с позитивными лимфатическими узлами [3, 4]. Эти рекомендации основаны на недавних разработках EBCTG (Early Breast Cancer Trialists Group), в соответствии с которыми адъювантная терапия дает преимущество почти у всех больных [1, 2]. Для большей части больных рекомендуется назначать вместе адъювантную химиотерапию и тамоксифен.

Эти общие лечебные рекомендации являются предметом спора, особенно в том, что касается рака молочной железы на ранних стадиях (с негативными лимфатическими узлами). Существует четыре гипотезы, на которых основываются рекомендации Сент-Галленской конференции.

2.1. Первая гипотеза: адъювантная терапия улучшает показатели выживания без признаков заболевания и общего выживания у больных раком молочной железы с негативными лимфатическими узлами

Исследования по адъювантной терапии, которые позволили прийти к этому заключению, а также соответствующий мета-анализ, были предназначены для того, чтобы на основании показателей выживания без признаков заболевания и общего выживания ответить на вопрос: проводить или не проводить адъювантную терапию. Высокая статистическая достоверность гарантировалась за счет огромного числа больных. Фактически, согласно результатам этих испытаний, адъювантная терапия, проводимая больным раком молочной железы на ранних стадиях (с негативными лимфатическими узлами) улучшает такие показатели, как выживание без признаков заболевания и общее выживание [1, 2].

Возражение: Результаты по больным высокого риска с ранними стадиями рака молочной железы (негативные лимфатические узлы) не должны распространяться на больных группы низкого риска.

В свете результатов мета-анализа, указывающих на значительную пользу от адъювантной терапии, исходный уровень риска для больных без лечения (выживание без признаков заболевания у больных до 50 лет составляет 58%, а после 50 лет — 59,9%) кажется довольно неблагоприятным. Можно ожидать, что адъювантная терапия окажется полезной и при более высоком риске. Однако, эти наблюдения предполагают наличие селективных эффектов:

  • Больные раком молочной железы с негативными лимфатическими узлами, наблюдавшиеся в период с 1970 по 1990 гг., по своим характеристикам возможно будут отличаться от тех, которым диагноз ставится в настоящее время или будет поставлен в следующие десятилетия. Для этого имеются следующие причины:
  • Все возрастающий охват программ скрининга увеличивает процент раннего выявления заболевания при небольших размерах опухоли и низком риске рецидивирования.
  • Благодаря увеличению продолжительности жизни, также увеличится процент больных после менопаузы. Эффективность адъювантной терапии у таких больных вероятно будет более низкой.
  • Критерии включения больных во многие исследования, на которых базируется мета-анализ, были сформулированы таким образом, чтобы набрать в испытание только больных с неблагоприятным прогнозом (отрицательный статус по рецепторам, более крупные опухоли). Так как эффект от лечения выше при рецептор-негативных формах, чем рецептор-позитивных, можно было ожидать, что лечение принесет определенную пользу.

В заключение следует сказать, что поскольку нельзя просто переносить результаты, полученные при лечении больных из группы высокого риска на больных с низким уровнем риска, эффективность адъювантной терапии у больных с отрицательным статусом по рецепторам пока остается недоказанной.

2.2. Вторая гипотеза: каждый отдельный больной получает пользу от адъювантной терапии.

Учитывая результаты исследований, был сделан вывод, что исходя из среднестатистического снижения риска рецидивирования у всей группы больных можно говорить об индивидуальном снижении риска для каждого больного в отдельности, допуская при этом, что рак молочной железы на ранних стадиях (без вовлечения лимфатических узлов) является единообразным заболеванием.

Возражение: Семьдесят процентов больных раком молочной железы и негативными лимфатическими узлами излечивается исключительно хирургическими методами и поэтому не нуждается в адъювантной терапии.

Рак молочной железы – гетерогенное заболевание. На ранних стадиях заболевания с негативными лимфатическими узлами более 70% больных излечивается при использовании одной местной терапии и никогда не дадут рецидива. В идеале только 30% с негативными лимфатическими узлами должны получать адъювантную терапию. Поэтому не представляется разумным следовать унифицированным рекомендациям, скорее необходимо дифференцировать между больными с локализованным заболеванием и между больными со скрытым распространенным (системным) заболеванием при первичном выявлении. Это соображение было признано общим правилом на Сент-Галленской конференции: больным с очень маленькими, высокодифференцированными опухолями (G1) и положительным статусом по рецепторам стероидных гормонов, адъювантную химиотерапию можно не проводить. Однако, эти больные составляют лишь 10% от всех больных раком молочной железы с негативными лимфатическими узлами. Таким образом, на Сент-Галленской конференции не была достигнута цель определения адъювантной терапии, адаптированной для каждой степени риска. Поэтому необходимо улучшить методы выявления больных с очень низким риском рецидивирования, не нуждающихся в адъювантной терапии

Рис. 1

Сравнение классификаций риска: левые столбики показывают реальную ситуацию (более 70% больных раком молочной железы с негативными лимфоузлами излечиваются только хирургическим путем, только у 30% будет рецидив), правые столбики: Сент-Галленская классификация (только 10% или менее больных с негативными лимфоузлами относятся к группе излечимых). Средний столбик показывает классификацию риска на основании новых прогностических факторов uPA и PAI-1: высокий процент (56%) больных оказывается в группе с очень низким риском рецидивирования (“излечимые”); больным этой группы назначать адъювантную терапию не следует.

2.3. Третья гипотеза: традиционные прогностические факторы (размер опухоли, степень ее злокачественности и чувствительность к стероидным гормонам) дают достаточную информацию для прогнозирования

Комиссия в Сент-Галлене пыталась оценить риск рецидивирования рака молочной железы с негативными лимфатическими узлами, используя для этого традиционные прогностические факторы, такие как размер опухоли, степень ее злокачественности и чувствительность к стероидам. Были сформированы следующие группы риска – группа минимального риска, группа среднего риска, группа высокого риска при положительном статусе по гормональным рецепторам и группа высокого риска при отрицательном статусе. Для каждой из этих групп были разработаны рекомендации по адъювантному лечению, в большинстве случаев рекомендована химиотерапия плюс тамоксифен.

Возражение: Такие традиционные факторы, как размер опухоли, степень злокачественности и чувствительность к стероидным гормонам, не позволяют адекватно оценить риск при раке молочной железы на ранних стадиях заболевания (негативные лимфатические узлы). Чтобы дифференцировать больных с высоким и низким риском рецидивирования необходимы более эффективные прогностические факторы. Традиционные прогностические факторы (размер опухоли, гистологическая характеристика и статус по рецепторам к стероидным гормонам) являются неотъемлемой частью Сент-Галленской классификации степени риска, хотя ни один из этих показателей в отдельности не имеет большой прогностической значимости [5-7].

Размер опухоли коррелирует с вовлеченностью лимфоузлов и, следовательно, является прогностически значимым. Но, как это было показано в ходе ряда исследований по раку молочной железы с негативными лимфатическими узлами, прогностическое значение размера опухоли не доказано. Это можно объяснить тем, что большие опухоли, но без поражения подмышечных лимфатических узлов, могут иметь локальный рост и, следовательно, лучший прогноз [5].

Что же касается гистологической классификации, то ее прогностическая значимость для клинической практики не поддается однозначной оценке. Во-первых, учитывая значительную вариабельность наблюдений, трудно получить четкий результат. Во-вторых, большинство опухолей классифицируются как промежуточные формы (G2), и только 10% из них определены как хорошо дифференцированные (G1), с отличным прогнозом. Следовательно, безапелляционное использование данного вида классификации для оценки риска при раке молочной железы с негативными лимфоузлами также недопустимо [6].

Что же касается чувствительности опухоли к стероидным гормонам, то прогностическая значимость этого фактора была продемонстрирована многими авторами. Однако критический анализ этих данных показывает, что они были получены в ходе испытаний с коротким сроком наблюдения. После более длительных сроков наблюдения прогностическое значение чувствительности к стероидным гормонам становится менее заметным, так что больные с положительным статусом будут иметь почти такой же прогноз, как и рецептор-негативные.

Более того, даже эти традиционные прогностические факторы требуют стандартизованной оценки, гарантии качества и контроля качества для получения надежных гистопатологических и биохимических данных. На сегодняшний день программы обеспечения качества этих параметров выполнены только частично.

2.4. Четвертая гипотеза: Чем выше риск, тем агрессивнее терапия

Другая проблема, над которой работала Сент-Галленская группа, заключается в выборе типа адъювантного лечения; предполагается, что эффективность лечения зависит от степени риска рецидива. Согласно выработанным рекомендациям, больные с низким риском рецидива не нуждаются в терапии или в приеме только тамоксифена; больные со средней или высокой степенью риска нуждаются в более интенсивной адъювантной терапии (химиотерапия + тамоксифен).

Возражение: Риск рецидивирования не является прогностическим фактором в отношении чувствительности к терапии.

Эффективность лечения зависит от биологии каждой отдельной опухоли. Для назначения подходящей адъювантной терапии при индивидуализированном лечении необходимы прогностические факторы, основанные на биологии опухоли. Значение этого положения было продемонстрировано в ходе следующего наблюдения: адъювантная терапия тамоксифеном при раке молочной железы оказывается полезной только для больных с опухолями негативными по с-erb B-2. У больных с гиперэкспрессией с-erb B-2 тамоксифен оказывал даже неблагоприятное действие [10]. По всей видимости, эффективность адъювантной химиотерапии также зависит от статуса по с-erb B-2: у больных с с-erb B-2-негативными опухолями не наблюдается более высокий уровень выживаемости, когда они получают антрациклины вместо CMF, тогда как у больных с с-erbB-2-позитивными опухолями антрациклины могут оказаться более эффективными, чем CMF [11]. Таким образом, резистентность к лечению возможно определяется биологией опухоли, и это необходимо учитывать при выборе адъювантной терапии.

2.5. Вывод Сент-Галленской конференции 1998 г. по адъювантной терапии при раке молочной железы

Изложенные гипотезы привели к созданию хорошо известных рекомендаций и единому выводу о том, что почти все больные нуждаются в комбинированном лечении (химиотерапия плюс тамоксифен). Однако не было определено, в каких случаях назначать CMF, а в каких более предпочтительной является химиотерапия на основе антрациклина. Видимо, эти рекомендациии были даны на основании минимального консенсуса. Главный вопрос так и остается неразрешенным: а нужны ли нам улучшенные прогностические факторы при раке молочной железы без поражения лимфатических узлов (т.е. на ранних стадиях болезни).

3. Да, нам действительно нужны более совершенные прогностические факторы!
Мы знаем, что существуют больные с большими опухолями, у которых никогда не будет метастазов. У таких больных болезнь не повлияет на продолжительность их жизни. Напротив, у некоторых больных опухоли имеют очень маленькие размеры, иногда настолько маленькие, что они даже не обнаруживаются при первичном осмотре, но у них развиваются метастазы и они быстро погибают. Следовательно, как показывает клинический опыт, рак молочной железы представляет собой очень разнородное заболевание. Локализованную форму следует дифференцировать от незаметной системной формы заболевания.

Это ставит нас перед вопросом, может ли существовать единая форма лечения для столь разнородного заболевания. Тенденция к такой стратегии все больше и больше входит в практику [12]. Это началось в 1988 г., когда согласительная комиссия Национального института рака рекомендовала адъювантную терапию для рака молочной железы без поражения лимфоузлов, констатировав, что больные с уровнем смертности 30% (после 10-летнего наблюдения) должны получать адъювантную терапию. В 1995 г. на Сент-Галленской конференции это правило было распространено на группу больных, в которой смертность в течение 10 лет составляла более 10%. На согласительной конференции 1998 г. большинством специалистов была признана целесообразность распространить лечение даже на пациентов с низким риском (рецидив опухоли в течение 10 лет у 10%).

Было отмечено, что адъювантная терапия оказывается полезной только для 8% больных раком молочной железы с негативными лимфатическими узлами. У таких больных частота рецидивирования составляет 30%. Большинство больных (70%) излечивается исключительно хирургическим путем, и поэтому назначенная им химиотерапия не является необходимой. Из-за резистентности к химиотерапии у 22% всех больных с негативными лимфоузлами такая химиотерапия будет напрасной. Действительно, стоит ли напрасно подвергать химиотерапии 92 больных, чтобы улучшить прогноз всего лишь у восьми?

Рис. 2

Эффективность адъювантной терапии у больных раком молочной железы с негативными лимфоузлами. Из-за высокого процента больных с локализованным заболеванием (70%) и резистентности к химиотерапии (22%), адъювантная химиотерапия принесет пользу только 8% всех больных.

Вышеописанная тенденция приведет к значительному перелечиванию, так как благодаря большей осведомленности женщин в том, что касается здоровья и скрининговых программ, сегодня удается диагностировать опухоли все более малого размера и, соответственно, возрастает процент выявления опухолей без поражения подмышечных лимфоузлов. Сегодня у 50-60% больных заболевание не затрагивает лимфоузлы, а в ближайшем будущем количество таких больных увеличится до 70-80%. Следовательно, в будущем для специалистов, занимающихся лечением рака молочной железы, риск перелечивания станет одной из главных проблем.

Итак, главный вопрос заключается в следующем: какие больные ничего не выигрывают от адъювантной терапии? При ведении каких больных следует избегать адъювантной терапии?

Для решения этих вопросов мы должны располагать не просто прогностическими факторами, но более совершенными прогностическими факторами.

4. Разработка прогностических факторов
Описано по крайней мере сто факторов, имеющих прогностическое значение при раке молочной железы с негативными лимфатическими узлами. Однако данные по большинству из этих факторов носят противоречивый характер. Часто они коррелируют с классическими прогностическими факторами при монопараметрическом анализе, но большинство из них не дает независимого прогностического вклада при мультипараметрическом анализе.

За последние 20 лет поиск клинически значимых прогностических факторов проводился в области биологии опухолей. Основные практические рекомендации на основании полученных в этих исследованиях результатов были разработаны МакГауйром и Кларком и модифицированы Енике и Грефом [13-15]. Для введения какого-то прогностического фактора в клиническую практику необходимы следующие условия:

    • наличие биологической модели, подтверждающей возможную роль фактора
    • простой и верифицированный метод определения фактора
    • статистическое планирование анализов
    • проведение проспективного исследования
    • проведение моновариатного и мультивариатного анализа
    • подтверждение на второй группе больных
    • проспективное испытание для предварительной оценки прогностической значимости

Для инвазии и метастазирования солидных опухолей требуется участие связанных с опухолями протеаз. Вероятно, активатор плазминогена урокиназного типа (uPA) и его ингибитор РАI-1 играют ключевую роль в активации и регуляции опухолевого протеолиза. Клинические исследования показали, что уровни uPA и РАI-1 в экстрактах опухолевой ткани молочной железы могут служить замечательными прогностическими факторами, так как они сильно коррелируют с показателями выживания без признаков заболевания и общим выживанием [16]. Эти результаты были однозначно подтверждены более чем пятнадцатью различными группами [17]. В проспективном исследовании [18] не только была показана возможность дифференциального прогнозирования, но также была проведена эффективная группировка больных: 50% всех больных с негативными лимфатическими узлами были приписаны к группе низкого риска (менее 10%); только 44% всех больных должны были быть направлены на проведение адъювантной терапии
(Рис. 1).

Чтобы подтвердить значимость этих новых факторов в оценке степени риска, было начато второе проспективное многоцентровое испытание [19].

Рис. 3

Схема немецкого многоцентрового испытания по адаптированной к риску на основании биологических критериев опухоли (uPA, PAI-1) адьювантной химиотерапии у больных РМЖ с негативными ЛУ. CMF: циклофосфамид, метотрексат, 5-фтороурацил.

Для этого исследования было отобрано более 650 больных раком молочной железы без поражения лимфоузлов. Данные первого промежуточного анализа будут опубликованы в ближайшем будущем. Кроме того, в этом многоцентровом исследовании была продемонстрирована возможность качественного определения уровня uPA и РАI-1 (GLP, надлежащая лабораторная практика), в исследовании была использована специальная программа контроля качества [20].

5. Заключение
5.1. Прогностические факторы
Существующие на сегодняшний день способы оценки степени риска у больных, страдающих раком молочной железы без поражения лифоузлов, неэффективны и недостаточны. Нужно проводить более тщательный отбор больных на химиотерапию, чтобы не проводить ее понапрасну тем, кто может быть излечен за счет только местного лечения (70% всех больных с негативными лимфатическими узлами). Так как рак молочной железы является гетерогенным заболеванием, общие лечебные рекомендации здесь неприемлемы. Во избежание риска перелечивания, правильнее оценивать риск рецидива для каждой опухоли (Таблица 1).

Следовательно, ответить на вопрос, поставленный в названии этой статьи, можно следующим образом: да, нам нужны более совершенные прогностические факторы при раке молочной железы с негативными лимфатическими узлами.

Таблица 1. Адъювантная терапия у больных раком молочной железы с негативными лимфатическими узлами: Подход, выработанный согласительной комиссией (Сент-Галлен, 1998) по сравнению с подходом, ориентированным на риск

Адъювантная терапия согласно рекомендациям комиссии Адъювантная терапия по оценке риска рецидива
У всех больных имеется риск рецидива Следует различать больных с высоким и низким риском рецидива (пятилетняя выживаемость без признаков заболевания менее 10%)
Адъювантная терапия полезна для всех Большинство (70%) больных с негативными лимфати-ческими узлами излечи-ваются только местным лечением
Тип терапии согласно риску рецидива (при низком риске тамоксифен; при высоком риске химиотерапия) Требуется прогноз ответа каждой опухоли на лечение
Адъювантную терапию рекомендуется проводить всем больным Большинству (70%) больных раком молочной железы с негативными лимфати-ческими узлами проводить адъювантную химиотерапию нецелесообразно


5.2. Предсказательные факторы

Кроме того, для больных, имеющих реальный риск рецидива, необходимо оценивать предсказательные факторы. Тип и агрессивность адъювантной терапии могут быть выбраны на основе биологических данных о чувствительности или резистентности (Рис. 4).

Рис. 4

Прогностические факторы необходимы для идентификации больных с локализованным заболеванием (и поэтому с очень низким риском рецидивирования), которым не требуется адъювантная химиотерапия. Предсказательные факторы требуются для идентификации больных с высоким риском рецидивирования, чтобы повысить эффективность лечения за счет выбора оптимальной схемы лечения.

Таким образом, будущее исследование спланировано таким образом, чтобы ответить на вопрос, можно ли по уровню c-erbB-2 предсказать более высокую эффективность лечения антрациклином по сравнению с CMF у больных раком молочной железы без поражения лимфоузлов, отобранных на основании высоких показателей uPA и/или РАI-1. Это проспективное рандомизированное испытание будет выполнено в рамках программы BIOMED-2.

Литература
1. Early Breast Cancer Trialists’ Collaborative Group (EBCTCG). Tamoxifen for early breast cancer, an overview of the randomised trials- Lancet 1998, 351, 1451-1467.
2. Early Breast Cancer Trialists’ Collaborative Group (EBCTCG). Polychemotherapy for early breast cancer: an overview of the randomised trials. Lancet 1998, 352, 930-942.
3. Adjuvant Therapy of Primary Breast Cancer. 6th International Conference. Olma Messed St Gallen. 25-28 February 1998. Eur J Cancer 1998, 34 (Suppl. 1) S3-45 (abstract).
4. Zujewski J, Liu ET. The 1998 St. Gallen’s Consensus Conference: an assessment. J Natl Cancer Inst 1998, 90,1587-1589.
5. Clark GM. Prognostic and predictive factors. In Harris JR. Lippmann ME, Morrow M, Hellmann S, eds. Diseases of the Breast. Philadelphia, New York, Lippincott-Raven Publishers, 1996,463.
6. Younes M, Laucirica R, Lack of prognostic significance of histological grade in node-negative invasive breast carcinoma, Clin Cancer Res 1997, 3, 601-604.
7. Clark GM. Prognostic and predictive factors. In Harris JR, Lippmann ME, Morrow M, Hellmann S, eds. Diseases of the Breast- Philadelphia, New York, Lippincott-Raven Publishers, 1996 p. 470.
8. Gray RJ. Flexible methods for analyzing survival data using splines, with applications to breast cancer prognosis. J Am Stat Assoc 1992, 87,942-951.
9. Schmitt M, Thomssen C, Ulm K, et al. Time-varying prognostic impact of tumor biological factors urokinase (uPA), PAl-l, and steroid hormone receptor status in primary breast cancer Br J Cancer 1997,76,306-311.
10. Carlomagno C, Perrone F, Gallo C, et a!. c-crb-B2 over-expression decreases the benefit of adjuvant tamoxifen in early-stage breast cancer without axillary lymph node metastases. J Clin Oncol 1996, 14,2702-2708.
11. Paik S, Bryant J, Park C, et a!. erbB-2 and response to doxorubicin in patients with axillary lymph node-positive, hormone receptor-negative breast cancer. J Natl Cancer Inst 1998, 90(1S), 1361-1370.
12. Hebert-Croteau N, Brisson J, Latreille J, et al. Time trends in systemic adjuvant treatment for node-negative breast cancer. J Clin Oncol 1999,17, 1453-1464.
13. McGuire WL. Breast cancer prognostic factors: evaluation guidelines. J Natl Cancer Inst 1991, 83, 154-155.
14. Clark GM. Integrating prognostic factors. Breast Cancer Res Treat 1992,22, 187-219.
15. Graeff H, Janicke F, Schmitt M. Klinische und prognostische Bedeutung tumorassoziierter Proteasen in der gynakologischen Onkologie. Geburtsh Frawnheilk 1991, 51, 90-99.
16. Janicke F, Schmitt M, Pache L. Urokinase (uPA) and its inhibitor PAI-1 are strong and independent prognostic factors in node-negative breast cancer. Breast Cancer Res Treat 1993, 24, 195-208.
17. Schmitt M, Thomssen C, Janicke F, et al. Clinical significance of the serine protease uPA (urokinase) and its inhibitor PAI-1 as well as the cysteine proteases cathepsin B and L in breast cancer. In Calvo F, Crepin M, Magdelenat H, eds. Breast cancer. Advances in biology and therapeutics. Montrouge, John Libbey Eurotext. 1996, 191-200.
18. Harbeck N, Dettmar P, Thomssen C, et at. Risk-group discrimination in node-negative breast cancer using invasion and proliferation markers: 6-year median follow-up. Br J Cancer 1999,80,419-426.
19. Janicke F, Tbomssen CH, Pache L, ei al. Urokinase (uPA) and PAI-1 as selection criteria for adjuvant chemotherapy in axillary node-negative breast cancer patients. In Schmitt M, Graeff H, Kindermann G, eds. Prospects in diagnosis and treatment of breast cancer: proceedings of the joint international symposium on prospects in diagnosis and treatment of breast cancer, 10-11 November 1993. Munich. Amsterdam, Elsevier Science BV. 1994. 207-218.
20. Sweep CG, Geurts-Moespot J, Grebenschikov N, et al. External quality assessment of trans-European multicentre antigen determinations (enzyme-linked immunosorbent assay) of urokinase-type plasminogen activator (uPA) and its type I inhibitor (PAI-1) in human breast cancer tissue extracts. Br J Cancer 1998, 78, 1434-1441.

источник

Читайте также:  Кто лечился от рака груди