Меню Рубрики

Участие в эксперименте при раке молочной железы

Удаление груди — нередко болезненный вопрос для женщины с раком молочной железы. Однако избавляться от пораженного органа целиком нужно далеко не всегда. Иногда грудь можно сохранить, убрав только опухоль.

Не всегда нужно удалять и подмышечные лимфоузлы. Даже если вам показано удаление молочной железы, у вас есть возможность бесплатно и единовременно сделать реконструкцию — установить имплантаты по квоте.

Вместе с врачами-онкологами, резидентами Высшей школы онкологии Александром Петрачковым и Анной Ким мы сделали подробный разбор темы.

Онкологическая хирургия молочной железы делится на два вида:

  1. удаление всего органа (органоуносящая операция);
  2. удаление только части органа (органосохраняющая операция).

Мастэктомия — это удаление молочной железы целиком. Единых показаний для ее удаления нет.

Однако обычно мастэктомию проводят, если есть:

  • внутрипротоковая карцинома, которая занимает почти всю железу;
  • несколько очагов. Грубо говоря, вырезать несколько кусков ткани нецелесообразно;
  • желание пациентки (в том числе при совмещении с реконструкцией молочной железы);

Важно! Удаление опухоли или всей железы при метастатическом раке груди нецелесообразно! Это возможно только при наличии осложнений со стороны первичной опухоли.

Да. Чем ниже стадия, тем более щадящие варианты мастэктомии могут быть. Например, возможно полное сохранение всей кожи и соска, а вместо удаленной железы ставится имплантат.

При необходимости реконструкция проводится в несколько этапов — ставится временный имплантат, расширяется и заполняется водой. Затем он растягивает кожу, создавая объем для новой молочной железы. После этого хирург меняет протез на постоянный с силиконом.

Это дискуссионный вопрос. Сейчас считается, что необходимо удалять только клинически позитивные узлы или когда сигнальные лимфоузлы не обнаруживаются. Удаление лимфоузлов действительно снижает количество рецидивов, но качество жизни пациентки может сильно снизиться.

Раньше полная подмышечная лимфодиссекция была популярной операцией, когда онкология была более радикальной. Сейчас от этого подхода уходят. Многие зарубежные исследователи считают удаление лимфоузлов стадирующей операцией. Она нужна, чтобы понять, насколько распространилось заболевание, и выбрать тактику лечения.

Сейчас ее должны делать в следующих случаях:

  • при пораженных сигнальных лимфоузлах,
  • при выраженных клинических показаниях, когда до начала лечения есть пораженные лимфоузлы и они не исчезают после химиотерапии.

Вообще я о таких прецедентах слышал. Но есть правила, как обязан себя вести онколог — он должен обсуждать все возможные варианты с пациенткой. Органосохраняющая операция и мастэктомия обладают схожей эффективностью.

Выбирать, что ей будут делать, будет только пациентка. Если мы видим небольшую опухоль, то мы предлагаем оба варианта.

Женщины бывают разные. Они хотят разных вещей и по-разному относятся к своему организму, телу. Кто-то очень боится рака и настроена еще до визита к врачу все удалить, не всегда врач может переубедить.

Такие прецеденты должны уйти в прошлое, потому что сам пациент должен решать, что ему больше нужно, если врач не видит препятствий со стороны своих возможностей и онкологических познаний.

Частные клиники общего профиля также занимаются реконструкцией после удаления железы. Однако клиники эстетической медицины специализированно занимаются эстетической хирургией — подтяжкой и увеличением молочных желез.

Эстетикой с точки зрения реконструкции занимаются в основном в государственных крупных центрах. Эти операции входят в раздел государственного финансирования. Можно получить операцию по квотам, государство их оплатит.

Чаще всего имплантаты производятся в Америке. Сейчас стали появляться протезы из Кореи, Мексики, Германии и других стран. Какой имплантат достанется пациентке — зависит от того, что разыграно в тендере. Протезы пока не подвергаются импортозамещению.

Они все схожего хорошего качества, стерилизованы и запечатаны. По факту разницы между ними нет — такие же используют в частных клиниках пластической хирургии.

  1. Лимфорея (когда копится жидкость после имплантации) — необходимо пунктировать или дренировать;
  2. Кровотечения;
  3. Протрузии имплантатов (когда имплантат продавливает кожу на месте шва). От этого никто не застрахован, но наибольшие риски есть у пациенток после лучевой терапии — кожа истончается, нарушается ее кровоснабжение и риск осложнений увеличивается.
  1. липосакция, когда забирается собственная жировая ткань в шприцы и потом она пересаживается;
  2. использование лоскута из жировой ткани с сосудами.

Это разные по принципу операции и разные по результату, потому что лоскут позволяет сделать единомоментно полный объем молочной железы. Что же про липофилинг, то это, как правило, не больше 100-200 мл за один сеанс, а это редко когда позволяет полностью восстановить ткань молочной железы.

Органосохраняющие операции предполагают просто удаление опухоли из органа. Формат выполнения зависит от того, насколько большая зона удаляется и насколько женщина хочет косметически восстановить железу.

Можно ограничиться только удалением опухоли:

  • без пластики (с незначительной деформацией, не влияющей на качество жизни);
  • с пластикой лоскутами, восполняющими форму и объем (со спины, живота);
  • с онкопластикой — маскировкой операции под обычную пластическую операцию с помощью перемещения тканей. Это нужно тем, кто хочет неплохой косметический результат (если есть возможность сделать органосохранную операцию).

Если врач предлагает лоскутные пластики, то это тоже может быть исполнено в двух вариантах:

  1. если удалена кожа, то мы берем лоскут с других частей тела с кожей;
  2. если кожа не удалена, то мы можем взять только жир и эта операция часто эстетически выигрышная. Однако она технически сложная: занимает порой 7-8 часов, имеет немало осложнений и мало кто владеет навыками таких операций сейчас.

Показания для органосохраняющей операции — это ранние стадии — T1-T2 (в зависимости от вида новообразования), в том числе после предоперационной химиотерапии.

Фактически, органосохраняющую операцию можно выполнить и при большой опухоли (больше 5 см), просто от органа ничего не останется. Поэтому при больших опухолях мастэктомия целесообразнее.

Примечание: после органосохраняющей операции женщине всегда показан курс (или несколько) лучевой терапии. Теоретически, можно сделать органосохраняющую операцию и на 3-4 стадии, но это необходимо обсудить с врачом. Все зависит от того, какая опухоль у пациентки.

Когда размер опухоли 5 см и больше — в любом случае уйдет большая часть железы и называть операцию органосохраняющей будет уже неразумно. Почему назначается химиотерапия до операции?

Одна из причин — возможность прооперировать органосохранно. Чем меньше размер опухоли, тем меньший объем ткани нужно удалять и тем легче проходит операция. При органосохраняющих операциях можно сделать онкопластику — замаскировать операцию по резекции железы под пластическую операцию. Это будет выглядеть как подтяжка, хотя на самом деле у женщины удалили злокачественную опухоль.

Радикальная резекция не всегда обеспечивает лучший косметический результат по сравнению с мастэктомией.

Лучевая терапия нужна всегда, после нее может много эстетических нюансов:

  • истончение кожи
  • излишняя пигментация кожи
  • сокращение рубцов
  • деформация кожи от лучевого ожога.

К сожалению, все эти эффекты могут помешать эстетическому результату. Но это не отменяет то, что лучевая терапия всегда нужна после органосохранных операций.

Регионы и крупные города уже подтягиваются к Москве и Питеру. А столица и Петербург оперируют на том же уровне, что и западные коллеги. Сейчас общая тенденция – уменьшать объем операций, не делать сверхрадикальных вмешательств, то есть с удалением мышцы.

Если говорить о том, что происходит вне областных центров, то там до сих пор встречаются сверхрадикальные операции. Нужно понимать, что необходимость удаления всей опухоли — это столп всей онкохирургии

Обязательно сначала спросите врача: «Могу ли я сохранить грудь? Если нет, какие есть варианты реконструкции?»

Задача врача — обеспечить полной информацией. Он также должен обеспечить безопасность вмешательства — как онкологического, так и эстетического.

Пациентка приходит к своему онкологу, зная о своей стадии, желании удалить новообразование, страхах. Если она живет далеко и для нее будет проблематично наблюдаться после реконструкции, ей также нужно сказать об этом врачу. Если вы не уверены в своем враче, напишите другим врачам и уточните все.

  • На какой стадии заболевание?
  • Насколько это злокачественная опухоль, требует ли это дополнительного лечения?
  • Какой размер опухоли?
  • Перечислите симптомы: боли, втянутый сосок, гусиная кожа, покраснение и другие поражения кожи.

Все это может послужить критерием к вмешательству и стоит все это задавать своему врачу. Также стоит уточнить, возможна ли реконструкция.

Сохранить грудь — это технически даже проще, чем удалить полностью молочную железу. Однако пока не все и не везде могут делать реконструкции. Обычно происходит так, потому что немногие могут этому обучиться.

Такое бывает из-за дорогого обучения, у кого-то больница не может обеспечить оборудованием, в том числе протезами.

источник

Рак молочных желез — одно из самых распространенных онкологических заболеваний у женщин, и в то же время одно из самых излечимых. Зачастую его можно диагностировать на ранней стадии и полностью удалить. Но даже если у женщины обнаружен рак груди четвертой стадии с метастазами, ей всё еще можно помочь. В этой статье мы поделимся важными фактами о раке молочной железы и поговорим о некоторых современных подходах к лечению.

В большинстве случаев рак молочной железы развивается из-за мутаций, которые произошли в клетках случайно в течение жизни. Но иногда женщина получает мутации, предрасполагающие к возникновению рака груди, с рождения, они передаются по наследству от родителей. Рак, обусловленный наследственными мутациями, составляет 5–10% от всех случаев злокачественных опухолей молочных желез.

Чаще всего наследственный рак молочной железы ассоциирован с мутациями в генах BRCA1 и BRCA2. В норме белки, кодируемые этими генами, участвуют в репарации (восстановлении) поврежденной ДНК. При мутациях данная функция нарушается, и клетка с большей вероятностью превратится в раковую.

У носительниц мутаций BRCA1 и BRCA2 риск заболеть раком молочной железы к 80 годам составляет 70%. У этих женщин повышен риск развития рака груди в молодом возрасте, злокачественных опухолей сразу в обеих молочных железах. Также при данных мутациях повышен риск развития рака яичников и некоторых других злокачественных опухолей.

Вероятность развития рака молочных желез повышена и при мутациях в некоторых других генах:

  • TP53 — ген, который часто называют «стражем генома». Он кодирует белок p53, который запускает в дефектных клетках апоптоз — запрограммированную клеточную смерть.
  • Ген ATM кодирует белок, который восстанавливает поврежденную ДНК, или, если ее не удается восстановить, вызывает гибель клетки.
  • Ген PTEN контролирует рост клеток.
  • CHEK2 — ген, продукт которого участвует в репарации ДНК.

Мутации можно выявить с помощью молекулярно-генетического анализа. Женщине стоит проконсультироваться с клиническим генетиком, если рак молочной железы был диагностирован у многих ее родственниц, особенно в молодом возрасте. При генетических дефектах рекомендованы специальные меры профилактики. Например, если у женщины обнаружены дефектные гены BRCS, врач может порекомендовать профилактическую мастэктомию.

Операция, во время которой удаляют молочную железу, называется мастэктомией. Раньше она практиковалась довольно широко: хирурги всегда стремились перестраховаться, и удаляли всю грудь, чтобы в теле женщины наверняка не осталось раковых клеток.

Однако, как показывают исследования, зачастую достаточно удалить лишь часть молочной железы, пораженную опухолью, и провести курс адъювантной лучевой терапии. При такой тактике риск рецидива не повышается, зато удается сохранить молочную железу.

Хирург может отдать предпочтение мастэктомии, если опухоль большая относительно размеров самой молочной железы, при некоторых агрессивных формах рака, если женщине противопоказана лучевая терапия, или если она сама просит удалить грудь полностью, потому что боится рецидива.

Если вам рекомендовали выполнить мастэктомию, а вы хотели бы сохранить грудь, получите второе мнение у другого доктора, желательно, чтобы это был онкомаммолог экспертного уровня. Возможно, он посчитает, что в вашем случае можно обойтись органосохраняющим вмешательством.

Еще один вопрос — стоит ли во время операции по поводу рака молочной железы удалять регионарные подмышечные лимфатические узлы? Раньше, решая этот вопрос, хирурги тоже стремились по возможности перестраховаться. Но зачастую удаление лимфатических узлов не проходит бесследно. После операции нарушается отток лимфы, развивается лимфедема — отек руки.

В настоящее время существует процедура, которая помогает прямо во время операции разобраться, поражены ли раковыми клетками регионарные лимфатические узлы, и стоит ли их удалять. В этом помогает биопсия сторожевого лимфоузла, или сентинель-биопсия. Во время операции хирург вводит в область злокачественной опухоли слабый радиоактивный препарат или флуоресцентный краситель. Препарат всасывается в лимфатические сосуды и перемещается с током лимфы по направлению к лимфатическим узлам. Отмечают, в какой лимфатический узел препарат попал в первую очередь, удаляют его и проводят биопсию. Если в этом «сторожевом» лимфатическом узле нет раковых клеток, значит, они не успели распространиться и в другие регионарные лимфоузлы, и их не нужно удалять.

Этот факт доказан многими исследованиями. Чем выше уровень витамина D в крови у женщины, тем ниже ее риски заболеть раком молочной железы.

Например, в одном исследовании ученые наблюдали за 5000 мужчин и женщин в возрасте 55 лет и старше. У них брали анализы крови, смотрели, какие заболевания у них возникали в течение наблюдения. Оказалось, что у тех, у кого уровень витамина D в крови находился на значениях 60 нг/мл и более, риск рака молочной железы был на 80% ниже, чем у людей с уровнями витамина 20 нг/мл и менее. Когда проанализировали данные людей, у которых уровень витамина D в крови составлял от 20 до 60 нг/мл, оказалось, что риск рака обратно пропорционален уровню витамина.

Мета-анализ 2010 года показал, что люди с самыми высокими показателями 25-OH витамина D в крови страдают раком молочных желез на 45% реже, чем люди с самыми низкими показателями (Chen et al, Meta-analysis of vitamin D, calcium and the prevention of breast cancer). В систематическом обзоре 2016 года авторы приходят к выводу о том, что дефицит витамина D очень распространен среди людей с новообразованиями молочной железы, и риск рака молочной железы увеличивался со снижением уровня витамина D (Shekarriz-Foumani et al, The Correlation of Plasma 25-Hydroxyvitamin D Deficiency With Risk of Breast Neoplasms: A Systematic Review).

Проверить уровень витамина D в своей крови можно, сдав анализ.

Многие женщины, которым предстоит лечение по поводу рака молочной железы, сильнее всего боятся «красной» химиотерапии. Ходит много рассказов о серьезных побочных эффектах, которые она может вызывать.

«Красные» препараты — это химиопрепараты из группы антрациклинов, к которым относятся доксорубицин, эпирубицин. Такое название они получили за характерный цвет раствора. Их нередко назначают на II и III стадии рака, при распространении опухолевых клеток в регионарные лимфатические узлы. Действительно, эти препараты могут вызывать серьезные побочные эффекты, включая тошноту и рвоту, потерю аппетита, анемию, снижение иммунитета, выпадение волос, бесплодие. Но при правильном ведении пациента врач может предотвратить и купировать эти осложнения.

В Европейской клинике «красную» химиотерапию проводят под прикрытием поддерживающей терапии, для защиты волос на голове используют специальные охлаждающие шапочки.

Риск заболеть раком молочной железы растет с возрастом. Около 80% случаев диагностируется у женщин старше 50 лет. Злокачественную опухоль можно обнаружить на ранней стадии, если регулярно проходить маммографию — рентгенологическое исследование молочных желез.

Так, эксперты из Американского онкологического общества (American Cancer Society) рекомендуют ежегодно проходить маммографию всем женщинам старше 45 лет. Женщины в возрасте 55 лет и старше могут проходить исследование раз в два года или, по желанию, раз в год. Скрининг нужно продолжать до тех пор, пока у женщины хорошее здоровье, и ее ожидаемая продолжительность жизни составляет 10 лет и более.

Эксперты из Российского общества онкомаммологов рекомендуют начинать маммографию с 40 лет и проходить ее раз в два года.

Иногда восстановить грудь можно сразу во время мастэктомии — в таких случаях женщина уже сразу просыпается после наркоза с молочными железами, которые выглядят, почти как до вмешательства. Иногда реконструктивную операцию приходится откладывать, например, если оставшихся тканей недостаточно для пластики, если предстоит курс лучевой терапии, химиотерапии — из-за них ухудшается заживление тканей, и результат может быть неудовлетворительным.

Молочную железу восстанавливают с помощью собственных тканей или искусственных имплантатов. Если оставшейся кожи не хватает, чтобы поместить под нее имплантат, в течение некоторого времени применяют экспандер. На место будущего импланта помещают мешок и постепенно заполняют его физиологическим раствором. Он постепенно растягивает кожу.

Внешний вид соска тоже можно восстановить. Его формируют из лоскута кожи, затем, для того чтобы придать соску и ареоле естественный цвет, выполняют татуаж.

Если вам предстоит мастэктомия, поговорите с лечащим врачом о том, какой метод реконструкции груди будет оптимален в вашем случае, когда его можно будет выполнить — сразу во время вмешательства по поводу злокачественной опухоли, или придется отложить на некоторое время.

«При раке на поздней стадии с метастазами ничего нельзя сделать», — этот миф довольно распространен. Многие пациенты опускают руки, в то время как им все еще можно помочь.

В таких случаях для пациента важно понимать цели лечения. Ситуация, когда первичную опухоль и единичные отдаленные метастазы можно полностью удалить — к сожалению, большая редкость. Чаще всего метастазов много, они находятся в разных органах, и их невозможно полностью удалить. Рассчитывать на ремиссию не приходится, но с помощью правильного лечения можно продлить жизнь женщины, купировать боль и другие мучительные симптомы, улучшить самочувствие, повысить качество жизни.

Основные методы лечения при IV стадии рака молочных желез: химиотерапия, таргетная, гормональная терапия.

На молекулярно-генетическом уровне все злокачественные опухоли разные. В каждом случае опухолевые клетки несут уникальный набор мутаций, и это может иметь большое значение при выборе оптимальной тактики лечения. Например, в 20% случаев на поверхности раковых клеток находится много молекул HER2 — белка-рецептора, который способствует их быстрому размножению. Такой рак молочной железы называется HER2-позитивным. В некоторых случаях имеется много рецепторов к женским половым гормонам — эстрогенам или прогестерону. Такие опухоли называют гормонально-позитивными. Если опухолевые клетки не обладают ни одной из этих характеристик, такой рак называется тройным негативным. С ним сложно бороться, и он отличается более негативным прогнозом.

Читайте также:  Анализ крови на онкомаркер рака груди

В некоторых случаях бывает важно знать «молекулярно-генетический портрет» злокачественной опухоли — это помогает подобрать оптимальную схему лечения, если классические комбинации препаратов неэффективны. В Европейской клинике, благодаря сотрудничеству с ведущими зарубежными лабораториями, есть возможность провести такой молекулярно-генетический анализ. В заключении из лаборатории указаны обнаруженные мутации и оптимальные комбинации препаратов со ссылками на научные исследования.

Фиброзно-кистозная мастопатия — состояние, которое в определенный момент жизни возникает примерно у половины женщин. Многие западные маммологи даже не рассматривают ее как заболевание. Мастопатия не является злокачественной опухолью и не повышает риск рака молочных желез. Зачастую такие женщины не нуждаются в каком-либо лечении. Нужно лишь ежегодно являться на осмотры к маммологу, но то же самое рекомендуется делать всем здоровым женщинам без мастопатии.

Единственное, чем может навредить фиброзно-кистозная мастопатия — из-за нее бывает сложно распознать злокачественную опухоль. Поэтому врачи должны более внимательно оценивать состояние молочных желез у таких женщин.

источник

Рак молочной железы (РМЖ) изучен лучше всего, потому что чувствителен к лекарственному воздействию. Ни при какой другой злокачественной опухоли не существует столько вариантов терапии, как при этой.

Новообразования большего размера без метастатического повреждения лимфоузлов и опухоли меньшего размера, но с пораженным раком лимфатическим коллектором могут иметь одинаковую стадию, но разные категории TNM. Классификация по TNM, указывает точный размер опухоли — Т, метастазы в лимфоузлах — N и метастазы — М. Маленькой считается опухоль не более 2 см в диаметре.

  1. Стадия I — новообразование до 2 см с «чистыми» лимфатическими узлами или с микроскопическими метастазами в них — до 2 миллиметров, которые находят только после операции;
  2. Стадия II — опухоль более 5 см без лимфоузлов или до 5 см с пораженными узлами подмышечной области;
  3. Стадия III — новообразование любого размера с вовлечением в патологический процесс лимфоколлектора подключичной области;
  4. Стадия IV — метастазы в других органах.

Стадия рака молочной железы позволяет планировать объем лечения.

Операбельным считается рак, не вышедший за пределы молочной железы и подмышечной области, метастазы в другие органы навсегда исключают хирургический этап. При злокачественном процессе в подключичных лимфоузлах операция откладывается, сначала проводится химиотерапия.

Существует несколько основных оперативных вмешательств, различающихся объёмом удаляемой молочной железы: органосохраняющая резекция части органа и полное удаление — радикальная мастэктомия. При подкожной мастэктомии остаётся только кожный мешочек, куда можно поместить протез. Сегодня выполняется полное или частичное удаление молочной железы и сразу же устанавливается имплантат.

Органосохраняющие операции возможны при раке до 2.5 см — это секторальная резекция, или сегментэктомия, или радикальная резекция. Если надо удалить четвёртую часть молочной железы, то это квадрантэктомия.

Радикальная резекция в сочетании с лучевой терапией столь же эффективна, как и более обширные вмешательства, рецидивы в послеоперационном рубце возникают чаще, но десятилетняя выживаемость не зависит от объема вмешательства.

Отёк руки — лимфостаз обусловлен удалением клетчатки с подмышечными лимфатическими узлами, выраженность его индивидуальна и определяется состоянием сосудов конечности и плечевого пояса.

Причина рака молочной железы (РМЖ) заключена в дисбалансе гормонов, вырабатываемых половыми железами, поэтому большинство заболевших имеют хронические гинекологические проблемы, которые накладываются на неблагоприятную наследственность и житейские факторы риска, приобретаемые женщиной по личному желанию.

Доброкачественные заболевания молочных желез рассматриваются как одна из причин рака, но это не совсем верно. Конечно, они способствуют повышению вероятности РМЖ, их даже относят к потенциально злокачественным, поскольку никаким способом, кроме исследования клеточного состава под микроскопом, их невозможно отличить от ракового узла. У рака и мастопатии общая побудительная причина — клеточная пролиферация.

При нарушении гормонального баланса в молочной железе начинается усиленное размножение — пролиферация, в норме обеспечивающая восстановление ткани при её повреждении и гибели клеток, исчерпавших жизненный ресурс. Под действием избыточной продукции половых гормонов увеличивается количество железистых клеток и, если при этом они имеют возможность нормально созревать, то развивается доброкачественный процесс — фиброзно-кистозная гиперплазия или мастопатия. Если гиперпродукция гормонов прекратится, то развитие мастопатии завершается, кисты и узелки постепенно замещаются соединительной тканью.

При длительном состоянии хронической пролиферации клетки железистой ткани могут не достигать созревания, но способны делиться и производить себе подобных, постепенно утрачивая потребность в регулярном поступлении половых гормонов извне. По какой вдруг причине недозревшая клетка вдруг становиться раковой, неизвестно. Раковая клетка размножается с большей энергией, легко внедряется в соседние ткани, а с соседками связана слабо, поэтому разносится кровь и лимфой по организму. Иммунные защитники не реагируют на рак, ведь у них нет на это причины — все клетки родные, мало того, они вырабатывают для раковых клеток питательные и стимулирующие вещества.

Уровень гормонов меняется на протяжении всего менструального цикла, железистая ткань реагирует на это адекватными изменениями, для неё это нормальное существование. Но откладывание беременности и родов на третье десятилетие жизни, незавершённые родами беременности и краткие периоды кормления ребёнка грудью — не это предусмотрено женской природой.

В три раза чаще раком болеют женщины, родившие после 30 лет, чем родившие до 20 лет. Каждый год кормления грудью снижает риск рака молочной железы больше чем на 4%, а рождение очередного ребенка — на 12%. Если женщина рожает двух или трех детей, то её личный риск снижается вдвое, если в дополнение к этому она кормит грудью, причем в суммарном риске доля грудного вскармливания — больше половины. Поэтому рак молочной железы — болезнь развитых стран, где позже и реже рожают, недолго кормят грудью.

Основная причина болезней гормонозависимых органов кроется в неправильной, высокой продукции половых гормонов. Гормональное равновесие нарушается при климаксе, заболеваниях яичников, особенно при наличии в них кистозных изменений.

Доказано, что болезни щитовидной железы, ожирение и сахарный диабет меняют состояние и функцию органов репродукции, и через половые железы опосредованно действуют на молочные. Ранее начало месячных и позднее их завершение не на пользу груди, а удаление яичников в молодом возрасте снижает раковый риск.

Доказательства влияния гормональной контрацепции на развитие РМЖ противоречивы, но «за» всё-таки больше, чем «против». Заместительная гормональная терапия увеличивает риск РМЖ, но уже через пятилетку после приема последней таблетки риск приходит к общепопуляционному уровню.

Национальные отличия заболеваемости, вероятно, связаны с питанием и семейными традициями, а не с этническими особенностями. Внучки переехавших в США японок болеют РМЖ также часто, как и коренные американки, чего на родине с ними не случилось бы. Но большее употребление животных жиров ни при чём, а вот алкоголь действительно увеличивает возможность злокачественного перерождения железистой ткани.

Риск заболевания РМЖ в три раза выше у ближайших родственников, особенно у дочерей, матери которых заболели, но не в любом возрасте, а на подходе к менопаузе — последней менструации в жизни.

Существует форма гормональных раков молочной железы, яичников и кишечника, наследуемая вместе с особыми мутациями двух генов BRCA1 и BRCA 2. Как правило, такое заболевание передаётся по женской линии и может проявляться в каждом поколении, но не гарантируется 100% заболевание. Можно иметь эти гены, но никогда не болеть раком, вероятность определяется индивидуально.

Насколько вероятно развитие ракового процесса в органах репродуктивной сферы, определяют генетические исследования, выполняемые в Клинике Медицина 24/7. По генетическому профилю не только рассчитают перспективы жизни, но и предложат программу профилактики, максимально исключающую в будущем встречу с онкологом. Запишитесь на консультацию: +7 (495) 230-00-01.

Симптомы рака молочной железы зависят от степени распространения процесса, в молочной железе раковый узел клинически проявляется только при значительном размере или высокой агрессивности процесса. Клиническая картина метастазирования зависит от анатомической области поражения.

Большинство женщин обращается с жалобами на наличие уплотнения в железе, как правило, безболезненного и часто случайно обнаруженного. Если женщина проходит профилактическую маммографию, то рак выявляют до клинических проявлений, когда новообразование еще небольшого размера. Но даже раковый узел большого диаметра в груди большого размера может не проявляться симптомами. При достаточно крупном размере новообразования могут быть неприятные ощущения в подмышке, припухлость ее.

Рак возникает в эпителии протоков железы, но ко времени диагностики у большинства женщин он уже пророс из протока в дольки, распространение идет внутри железы и радиально, затем опухоль вовлекает грудную стенку с ребрами.

Новообразование в молочной железе очень плотное, может быть бугристым, с нечетким отграничением от нормальных тканей, с подрастающей к нему коже, иногда кожа над узлом втянута пупочком. Опухолевые клетки перекрывают мелкие лимфатические протоки, кожа становится пупырчатой, как у лимона, поэтому и получила название «лимонная корка». Опухоль подтягивает ткани внутри железы и фиксирует сосок.

Обычно опухоль имеет узловую форму, когда границы ракового новообразования нечеткие, но определяемы. Если опухоль расползается по всей молочной железе, не образуя узла, а инфильтрируя все ткани, вызывая их отечность и воспаление, то такая форма носит название инфильтративно-отечная.

Этот агрессивный вариант заболевания протекает с выраженными симптомами, как любое воспаление, но это не истинное воспаление из-за присутствия микрофлоры, а острая реакция ткани на проникновение в нее раковых клеток. Такое течение злокачественного процесса сопровождается увеличением молочной железы в размере, резкой болезненностью и пылающим покраснением кожи. Очень рано опухолевые клетки проникают в лимфатические узлы, вызывая их болезненное увеличение.

Когда новообразование растет в крупном выводном протоке, могут быть своеобразные симптомы выделений из соска, возможно окрашивание секрета кровью — «кровавая железа», сецернирующая или «плачущая» железа. Из симптомов может быть боль, которая локализуется внутри органа.

оставьте свой номер телефона

Есть такой вариант заболевания, когда опухоль разрушает грудь, но не дает отдаленных метастазов, только в ближайшие лимфоузлы. Почему так происходит, неизвестно. Но всё же в большинстве случаев метастазы сначала появляются в подмышечных, затем в подключичных и надключичных лимфатических узлах. Одновременно идет разнос опухоли кровью, который ускоряется и усугубляется поражением лимфатической сети и распространением по ней раковых клеток. Именно метастазы и приводят к смерти.

В некоторых случаях причиной обращения становятся проявления метастазирования, чаще в кости — это постоянные и не проходящие в состоянии покоя боли, ограничение подвижности из-за болевого синдрома. Симптомы поражения костного скелета не всегда явные, большинство метастазов не проявляется ни болью, ни нарушением целостности кости. Как правило, клинические проявления имеются со стороны испытывающих большую нагрузку костей таза, бедра и поясничных позвонков.

При проникновении раковых клеток в костный мозг нарушается состав крови: снижается популяция клеток всех трех ростков, легко образуются синяки и возникают носовые кровотечения, резко снижается сопротивляемость организма инфекциям.

Метастазы в легкие и плевру проявляются кашлем и одышкой, образованием патологической жидкости — плевритом. Поражение печени проявляется симптомами нарушения пищеварения с изменением аппетита, тошнотой и частой рвотой, слабостью, желтухой и увеличением живота в объеме за счет асцита.

Клинические симптомы рака молочной железы могут быть небольшими и сильно выраженными, в Клинике Медицина 24/7 всегда найдут способ уменьшить патологические проявления заболевания, для чего используется химиотерапия и специальная реабилитация, в любом состоянии пациентке предложат несколько перспективных вариантов паллиативного воздействия. Запишитесь на консультацию: +7 (495) 230-00-01.

Рак молочной железы, иначе карцинома, самое распространенное онкологическое заболевание.

При всех стадиях, начиная с 1, выбор лекарственного подхода определяется биологическим типом опухоли.

При наличии гормональной зависимости (люминальный тип, А) назначается многолетняя антигормональная терапия.

При положительных эстрогенорецепторах и высокой агрессивности (люминальный тип В) гормоны сочетаются с химиотерапией. При обнаружении маркера лекарственной резистентности HER2 химиотерапия сочетается с препаратом, нейтрализующим устойчивость.

Нелюминальный тип характеризуется отсутствием гормональной зависимости при лекарственной устойчивости (тип с гиперэкспрессией HER2), проводится химиотерапия таксанами с антрациклинами.

При отсутствии в опухоли рецепторов и HER2 (тройной негативный или базальноподобный тип) проводится химиотерапевтическое лечение.

Появление клинических признаков злокачественного процесса в грудной железе далеко не свидетельство раннего рака молочной железы, который излечивается у подавляющего большинства в 90-95%. Идеально, если заболевание находят при профилактическом осмотре, когда себя оно ещё никак не проявляет, не определяется при прощупывании и видимо только при маммографии или МРТ.

Пальпацию проводят лежа на спине. Грудь ощупывают круговыми движениями и от края к центру, не забывая область подмышек и лимфоузлы

Злокачественное новообразование в железе не болит, если глобально не нарушает циркуляции крови и лимфы. Могут болеть окружающие крупный раковый узел ткани, сдавленные быстро растущим конгломератом, болезненны метастазы в подмышечных лимфоузлах, располагающиеся рядом с сосудисто-нервными пучками. Почти не болят кожные изъязвления, больше беспокоит неприятный запах и обильные выделения, даже распадающиеся узлы в железистой ткани мало болезненны. Боль — не главный и далеко не первый симптом рака молочной железы, большую часть своей жизни раковый узел не болит.

Онкологи рекомендуют женщинам регулярное самостоятельное обследование для обнаружения опухолевых узлов. Обследование лучше проводить на 5-7 день цикла; дело в том, что плотность ткани груди изменяется под воздействием половых гормонов.

Обследование включает в себя осмотр и пальпацию. Пальпацию проводят лежа на спине. Грудь ощупывают круговыми движениями и от края к центру, не забывая область подмышек и лимфоузлы.

Все симптомы рака молочной железы можно разделить на 3 группы: кожные, изменяющие структуру железы и связанные с соском.

Кожные симптомы — любое локальное длительно существующее изменение кожи железы должно настораживать:

  • Не разглаживающаяся морщинистость на ограниченном участке или лимонная корочка, под которыми определяется образование;
  • Уплотнение кожного участка или его безболезненная припухлость;
  • Воронкообразное втяжение, похожее на пупок, с подлежащим уплотнением железистой ткани;
  • Длительно незаживающая безболезненная язвочка с плотными краешками;
  • Болезненное покраснение и значительное увеличение размеров одной груди за счёт отёчности и, часто, с выраженной венозной сетью.
  • Локальная и неравномерная деформация железы;
  • Утрата симметрии, увеличение или, наоборот, уменьшение какого-то отдела;
  • Уплотнение железистой ткани без чётких границ.

Симптомы со стороны соска:

  • Неподвижность соска с фиксацией и часто несимметричной деформацией;
  • Выделения крови или прозрачной жидкости не всегда означает злокачественный процесс, тем не менее, это симптом неблагополучия в молочных протоках;
  • Незаживающая язва соска или ареолы, любые изменения его кожи;
  • Выраженные различия и непохожесть на сосок другой груди.

Диагностика рака молочной железы — подготовительный этап к лечению, до её окончания невозможно определиться с индивидуальным планом терапии, нельзя даже сказать, будет ли операция. Лечебная тактика определяется размером опухолевого узла и распространением процесса за пределами органа, не считая других клеточных маркеров.

Маммография входит в тройку необходимых исследований, правда сегодня ей на смену пришло МРТ молочных желез, лишенное существенных недостатков. Маммографию делают женщинам и при профилактическом обследовании: быстро, недорого и информативно — удается обозреть всю ткань молочной железы и выявить не определяемые на ощупь узлы. Обязательно проводится двустороннее обследование, у каждой двадцатой пациентки возможно развитие рака в обеих железах, не обязательно одновременно.

Один крупный недостаток диагностики — у женщин детородного возраста из-за колебания плотности железистой ткани под действием гормонов плохо просматривается ее состояние позже 5–10 дней после начала месячных. В остальное время опухоль сливается с фоном молочной железы, поэтому молодым женщинам выполняют УЗИ, метод определяет расположении рака, количество и размеры подмышечных лимфоузлов.

Еще точнее выявит опухоль и метастазы в лимфатических узлах МРТ молочной железы.

Каждая болезнь имеет «паспортные» данные — собственную структуру ткани. Диагностика рака базируется на получении клеточного состава опухоли до начала любых лечебных манипуляций. В прошлом веке на операцию иногда брали без морфологического подтверждения рака, сначала выполняя секторальную резекцию, а после обнаружения рака, делали мастэктомию. От подобной тактики оказались, поскольку она способствовала распространению опухолевых клеток за пределы железы из-за притока крови во время операции.

Самый простой вариант морфологической диагностики — пункция опухоли молочной железы, но не всегда удаётся получить результат с первого раза из-за повышенной плотности образования. К тому же цитологическая диагностика, изучающая под микроскопом клетки, дает только предположительный диагноз. Точный диагноз, следовательно, правильное направление в выборе лечения дает только морфологическая диагностика, когда для гистологического исследования специальной иглой берется столбик ткани — трепанобиопсия. Манипуляция не разносит раковые клетки, малотравматична и позволяет полноценно исследовать состав опухолевой ткани.

Окончательный диагноз даст только гистологическое исследование всей удалённой молочной железы. Опухоль разрежут на множество тончайших пластов, законсервируют, что позволит сохранять её для изучения несколько десятилетий.

Обследованию подвергаются области вероятного и наиболее частого метастазирования: органы грудной клетки и брюшной полости, гинекологической сферы и кости скелета. Состояние ближайших к больной железе органов оценивается при цифровой рентгенографии грудной клетки, следует учитывать, что при рентгене видны образования больше сантиметра, КТ позволяет обнаружить небольшие метастатические поражения. Изменения органов брюшной полости и малого таза выявит УЗИ, но КТ и МРТ будут точнее.

Сканирование костей — остеосцинтиграфию проводят при жалобах на боли или нарушения движений. Введенные в вену изотопы осядут в местах любых патологических изменений, концентрация в очагах различается по интенсивности свечения, метастатические очаги накапливают больше.

В обязательном порядке опухоль каждой женщины исследуют на наличие рецепторов половых гормонов. Если такие рецепторы в клетке рака есть, то тогда назначают гормонотерапию. Определяют рецепторы эстрогенов (ЭР) и прогестерона (ПР), но клиническое значение имеют только первые, прогестероновые рецепторы используются для диагностики чувствительности эстрогенов к лечебному воздействию. Очень хороший результат гормональной терапии ожидается при высокой концентрации обоих рецепторов.

Читайте также:  Анализ крови при раке молочных желез начальная стадия

При планировании лечения обязательно определение устойчивости раковых клеток к химиотерапии, что показывает уровень экспрессии HER2. Если при анализе не удается окончательно определиться с наличием HER2 иммуногистохимическим способом, то выполняется более сложная диагностика методом гибридизации FISH или CISH.

Сегодня в стандарты диагностики включено определение индекса пролиферативной активности Ki67, который указывает на агрессивность опухоли. Показатель измеряется в процентах, но пока нет единодушия в ориентировке выбора лечения по Ki67.

Разумеется, в некоторых случаях встает вопрос о возможности генетического наследования рака, сегодня пришли к пониманию, что спорадический и наследственный рак молочной железы разные заболевания, поэтому и лечебные подходы неодинаковы. Генетическое тестирование необходимо при развитии рака до 35 лет и раковых больных в семейной истории. Если ранее женщина уже перенесла рак яичников или толстой кишки, то тоже вероятны мутация BRCA1 и BRCA2.

Ошибочная установка пациентки на сохранение груди, без учета стадии заболевания и объективных предпосылок так сделать. Вклад этого фактора примерно 10% в в общую смертность от рака молочной железы

Ложно отрицательный диагноз — комплекс первичного обследования выполнен и предварительный диагноз поставлен, но биопсия сделана с ошибками из здоровой зоны и/или гистологическое исследование ненадлежащего качества. Эта трагическая ошибка вносит 2-5% в общую смертность

Ошибочное занижение объема операции — вместо подкожной мастэктомии выполнена секторальная резекция или вместо радикальной мастэктомии проведены любые другие оперативные вмешательства

Ложноотрицательная послеоперационная биопсия — при гистологическом и/или иммуногистохимическом исследовании удаленного у женщины материала ошибочно не выявлены раковые в краях резекции. Как результат, рецидив заболевания, повторная резекция, и вклад 2-5% в общую смертность

Неадекватно подобранная химиотерапия — идеальной основой для любой комплексной иммунной, гормональной и полихимиотерапии является комплексное генетическое тестирование на основании как определения точечных мутаций, специфичных для рака груди, так и определение всего генотипа опухоли. Ответственна за около 50 % случаев ранних смертей

Непродолжительная полихимиотерапия — чаще всего приходится встречаться с проведением 2-4 циклов вместо необходимых по рекомендация NCCN 3 линий по 7 циклов, то есть в сумме 21 циклов. Этот фактор дает около 30% всех случаев преждевременной смерти от рака молочной железы.

Только операция гарантирует женщине излечения рака. Клинические исследования убедительно доказали, что по прогнозу частичное удаление ткани молочной железы с последующим облучением не хуже полного удаления груди, то есть резекция и мастэктомия равноценны по результату — продолжительности жизни без каких-либо признаков опухоли. Хирургический подход зависит от размера опухоли и степени её агрессивности. При новообразовании, начиная с 0 стадии и даже при 3 стадии, безусловно первично-операбельного процесса, возможна органосохраняющая операция, конечно, если позволяет объём самой молочной железы. Чем крупнее репродуктивный орган, тем больше хирургических возможностей для его сохранения.

К органосохраняющему оперативному вмешательству относится секторальная или сегментарная резекция, она же лампэктомия или квадрантэктомия, когда иссекается опухоль и не менее 3 сантиметров окружающих здоровых тканей. Именно здоровых — без раковых клеток по краям, что проверяется при срочном гистологическом исследовании во время операции. Если по краешкам удалённых тканей под микроскопом обнаруживается хоть одна раковая клетка, хирург дополнительно иссекает ткани, а манипуляция называется «ререзекция», и посылает их на гистологию. В обязательном порядке после резекции и заживления раны и, если потребуется, нескольких курсов химиотерапии, проводится лучевая терапия.

При мастэктомии полностью удаляется железа вместе с жировой клетчаткой из-под лопатки и подмышки, различные модификации предполагают удаление некоторых грудных мышц. Сегодня стандарты считают абсолютно радикальной и подкожную мастэктомию, когда одним блоком удаляется всё перечисленное, но остаётся кожный «мешочек» для установки протеза. Подкожная или кожесохраняющая операция возможна исключительно при отсутствии в коже раковых клеток. Протез можно поставить сразу или через некоторое время, а процесс воссоздания искусственной груди называется «реконструктивная операция». Некоторым женщинам после завершения специального лечения предлагается корректирующая операция на здоровой железе для симметричности.

При метастазах в подмышечные лимфатические узлы вместе с радикальной резекцией или мастэктомией проводится их полное удаление вместе с клетчаткой — лимфаденэктомия. Наличие метастазов выявляется во время операции при биопсии сторожевого узла — самого близкого к груди.

После операции химиотерапия не проводится при раковом узелке менее 5 миллиметров при доказанном гистологией отсутствии метастазов в лимфатическом коллекторе, потому что дополнительное лекарственное лечение не изменит жизнь женщины к лучшему.

Во всех остальных клинических ситуациях после операции обязательно решается вопрос о дополнительном лекарственном воздействии. Профилактическая химиотерапия должна предотвращать рецидив и метастазы, или откладывать их появление на максимально долгий срок.

В обязательном порядке химиотерапевтическое лечение базируется на молекулярно-биологическом подтипе злокачественной опухоли. От профилактической химиотерапии можно воздержаться при высокой гормональной зависимости рака, в этом случае назначается длительная гормональная терапия.

При изначально неоперабельном раке противоопухолевое лечение начинается с химиотерапии, перед которой берётся кусочек опухоли для изучения клеточной структуры. Эффект от применения цитостатиков до операции ожидается при отсутствии признаков гормональной зависимости в опухоли, высокой её агрессивности, тройном негативном типе рака. Применяются схемы с наиболее активными цитостатиками, а лечение занимает около полугода даже при существенном уменьшении опухоли после первых курсов. Польза лечения несомненна, если удалось полностью или максимально уменьшить раковый узел, создав технические условия для выполнения радикальной операции.

При 4 стадии рака молочной железы лекарственная терапия — ведущий метод лечения, и начинают с химиотерапии, далее при наличии рецепторов гормонов в опухолевых клетках проводят многолетнюю гормональную терапию. У очень пожилых женщин с массой серьёзных болезней и при признаках гормональной чувствительности на первом этапе прибегают к гормонам.

При безусловной зависимости рака от деятельности эндокринных желез, далеко не во всех случаях опухоль реагирует на гормональные средства. Предиктор эффективности лекарственных гормонов — уровень рецепторов половых гормонов — эстрогенов и прогестинов. Принципиально возможен позитивный результат при одном проценте зависимых от эстрогенов клеток опухоли, но чем выше их уровень, тем больше пользы.

Гормональная терапия проводится после операции или вместо неё при метастатическом заболевании. Сегодня гормональные препараты применяются даже при 0 стадии рака, цель — не предотвращение образования метастазов, а профилактика развития рака в другой железе.

Профилактическое или адъювантное лечение гормонами при любой стадии занимает не менее 5 лет, если в это время возникают метастазы, то проводится ХТ и меняется гормональный препарат. При метастатическом процессе гормональные средства применяются до прогрессирования.

Выбор гормонального лекарства зависит от состояния менструальной функции, так менструирующим женщинам назначается только тамоксифен, после менопаузы (последней менструации в жизни) — ингибиторы ароматазы и тамоксифен.

Клинические исследования не помогли выбрать самый лучший эндокринный препарат, обе группы лекарств показали высокую эффективность и похожие осложнения, но с разной частотой встречаемости.

Сегодня лучевая терапия — высокотехнологичная методика, для оптимального расчета полей облучения использующая КТ и рентгеновский симулятор, это лечение формата 3D на ускорителях электронов или протонов.

Цель облучения — убить все раковые клетки и сохранить жизнеспособность нормальных тканей рядом с опухолью. Задача лучевой терапии при раке молочной железы — предотвратить рецидив в зоне операции, поэтому при любой стадии облучение дополняет радикальную резекцию.

При 2-3 стадии облучение проводится и после мастэктомии, в некоторых случаях оно усугубляется «бустом», позволяющим подвести большую по мощности лучевую энергию в локальную зону рубца. Лучевая терапия начинается после заживления раны, то есть не раньше, чем через 4 недели после операции.

Если пациентке требуется химиотерапия, то сначала проводят необходимое число курсов, и во избежание тяжёлых лучевых реакций через пару недель начинают облучение. Срок начала лучевой терапии после операции достаточно широк — от одного до трёх месяцев.

При неоперабельном процессе лучевая терапия тоже начинается через 2-4 недели после полного курса химиотерапии и может проходить на фоне гормональной терапии. Для повышения результативности может дополняться локальной гипертермией.

Лучевое лечение всегда начинается с понедельника и завершается в пятницу, выходные свободны, что позволяет нормальным тканям восстанавливаться. Число сеансов определяется целью — профилактическое воздействие занимает не менее 25 дней, лечебное на не удалённую опухоль — 30-35 процедур.

Лучевая терапия не влияет на продолжительность жизни, но бережет женщину от рецидива рака.

источник

Кандидат биологических наук А. ЛУШНИКОВА, кандидат медицинских наук Л. ЛЮБЧЕНКО, ГУ Российский онкологический научный центр имени Н. Н. Блохина РАМН.

Рак молочной железы — наиболее распространенный вид опухолей среди женского населения Европы, Америки и некоторых стран Азии. Ежегодно в мире регистрируется более одного миллиона случаев этого заболевания, а при средней продолжительности жизни 80 лет риск заболеть раком молочной железы составляет 12,5%. В течение последних 20 лет в мире, а также в России наметилась устойчивая тенденция к росту заболеваемости этим видом рака, особенно в городах и мегаполисах. С 1985 года он занимает первое место среди онкологических заболеваний у женщин, составляя 31,2%. Хорошо известно, что ежегодный профилактический осмотр способствует раннему выявлению опухолей. Однако часто пациентки обращаются к врачу уже с явными признаками опухоли, а это затрудняет последующее лечение. Одна из причин — непонимание важности ранней диагностики заболевания. Сейчас ученые глубоко проникли в механизмы возникновения раковой клетки, хотя многое до сих пор неясно. Как и другие онкологические заболевания, рак молочной железы по-прежнему остается коварным и агрессивным. Поэтому любому человеку очень важно иметь представление о развитии этого заболевания: предупрежден, значит, вооружен. Откуда такая напасть?

Вряд ли найдется однозначный ответ на этот вполне законный вопрос. Рак молочных желез известен с незапамятных времен: его случаи описаны, например, в древнеегипетских папирусах врача Имхотепа (3000 лет до н.э.), в вавилонском врачебном кодексе Хаммурапи (2250 лет до н.э.); о нем неоднократ но упоминает Гиппократ (400 лет до н.э.), а Гален (130-200 гг.н.э.) называет опухоли молочной железы раком из-за их внешнего сходства с крабом (по-гречески слова «краб» и «рак» звучат одинаково: karkinos). В отличие от множества заболеваний, причины которых выяснены, в основе развития злокачественных опухолей лежат более сложные механизмы и целый ряд причин, включая генетические особенности, факторы окружающей среды и многие другие.

Опухоли молочной железы могут быть как доброкачественными, так и злокачественными, или раковыми. Последние встречаются гораздо реже. Злокачественные опухоли возникают случайно или связаны с наследственностью. В 10% случаев заболевание передается из поколения в поколение и обусловлено врожденными мутациями в генах предрасположенности BRCA1 или BRCA2 (от англ. BReast CАncer).

Наиболее распространенное доброкачественное заболевание молочных желез — различные мастопатии, которые относятся к большой группе дисгормональных гипер-плазий (разрастания ткани молочных желез, обусловленные гормональными нарушениями) и связаны с нарушениями функций яичников, надпочечников, гипофиза, щитовидной железы или с нарушениями гормонального обмена в связи с заболеваниями печени, ожирением и т.д. Эти разрастания ткани молочных желез могут быть в виде плотных узелков, кист или диффузных образований. Некоторые из таких изменений можно отнести к предраковым.

И вот что удивительно, рак молочных желез встречается не только у женщин, но и у мужчин, но гораздо реже: с мужским населением связано около 1% всех случаев заболевания. Среди причин опухолей молочных желез у мужчин — редкие мутации в гене предрасположенности BRCA2, ожирение, гормональные нарушения. В отличие от доброкачественного разрастания ткани молочных желез злокачественное перерождение обязательно требует оперативного лечения.

Известно, что в отличие от нормальных клеток опухолевые не переходят после деления в фазу покоя, а продолжают бесконтрольно размножаться. Образование опухоли — многоступенчатый процесс. Рост и прогрессия опухоли, то есть ее переход от начальной к более агрессивной стадии, врастание опухоли в окружающие ткани, или инвазия, зависят от клеточных генов. Они контролируют клеточный цикл, межклеточные взаимодействия, старение и гибель клетки, а также отвечают за восстановление ДНК и стабильность клеточного генома.

Под действием различных факторов в нормальных генах могут возникать мутации. Чем дольше делятся клетки, тем вероятность таких мутаций выше, а значит, вероятнее злокачественное перерождение клеток под действием канцерогенов. Накопление повреждений в клеточном геноме связано как с ошибками репликации ДНК, так и с внешними, внеклеточными факторами.

К факторам риска на уровне человеческого организма можно отнести повышенный уровень эстрогенов (женских половых гормонов), нарушения менструального цикла, функций щитовидной железы и надпочечников, аборты и отсутствие грудного вскармливания. Эти особенности нередко встречаются в анамнезе больных раком молочной железы. К факторам, повышающим риск заболевания им, относятся также ранний возраст менархе (11-12 лет); поздние первые роды (28-30 лет); большие площадь и вес плаценты, усиливающие риск возникновения рака молочной железы у дочерей; аборты, особенно до первых родов; хроническое воспаление придатков; эндометриоз (разрастание клеток, выстилающих матку); кисты яичников и другие заболевания.

В возрасте после 65 лет наблюдается второй пик заболеваемости злокачественными опухолями молочной железы, связанный с эстрогенами надпочечников и повышенной массой тела. В общем разнообразные факторы риска этого заболевания можно условно разделить на три группы:

связанные с репродукцией (рождение детей/аборты, лактация, возраст менархе), сопутствующие гинекологические заболевания;

связанные с генетической предрасположенностью: злокачественные опухоли, особенно женских репродуктивных органов и молочных желез у близких родственников;

связанные с нарушениями обмена веществ и гормональными нарушениями, в том числе с приемом гормональных препаратов, содержащих эстрогены.

Развитию рака молочной железы предшествует разрастание ее ткани гиперплазия (увеличение числа клеток) и появление в протоках железы нетипичных клеток. Эти изменения называются предраковыми. К таковым относится и упомянутая нами мастопатия — кистозно-фиброзные и диффузные изменения ткани молочной железы. Хотя злокачественное перерождение при мастопатии происходит довольно редко, все же появление первых признаков мастопатии, выявляемых при пальпации, то есть осторожном прощупывании железы, — это повод для обращения к маммологу.

Маммография (рентгеновское обследование) и УЗИ — основные методы раннего выявления опухолей молочной железы и мастопатии. Результаты этих исследований нередко подтверждают ся с помощью пункции молочной железы, когда взятый иглой шприца образец предполагаемого новообразования исследуется под микроскопом. Очень часто изменения молочной железы обнаруживают сами пациентки при осмотре желез в первые 6-10 дней после начала менструаций.

Какие же признаки должны насторожить при самостоятельном обследовании? Во-первых, ощутимые уплотнения в молочной железе; изменение контура железы и ее плоская, а не округлая поверхность над уплотнением; отек железы, когда кожа напоминает пористую лимонную корку; втяжение соска внутрь. При запущенной злокачественной опухоли большая часть молочной железы отекает и краснеет, а при прорастании опухоли в кожу появляются язвы. Опухолевые клетки через лимфатические сосуды попадают в ближайшие лимфатические узлы, которые увеличиваются в размерах, нарушается отток жидкости из молочной железы, и развиваются отеки. Через кровеносные сосуды опухолевые клетки разносятся по организму и дают начало новым злокачественным очагам — метастазам.

Нередко предположение или заключение врача-маммолога о наличии патологических изменений в молочной железе порождает у пациенток самые неприятные опасения, а порой и панику. Однако на сегодняшний день уже имеется немало методов, позволяющих уточнить диагноз рака молочной железы и назначить соответствующее лечение, если диагноз подтвердится. Речь идет, прежде всего, о маркерах (факторах риска) опухолевого роста, обнаруживаемых в крови пациенток. Основное их предназначение — раннее выявление злокачественных новообразований и рецидивов, а также оценка эффективности лечения заболевания. При направлении в диспансер или специализированную клинику пациентке предложат сдать кровь на анализ таких маркеров. В отношении рака молочной железы пока не существует строго специфичного маркера, поэтому применяется комплекс тестов на несколько маркеров. Концентрации этих маркеров в сыворотке крови пациенток зависят от степени злокачественности и стадии заболевания и поэтому важны для диагноза и прогноза заболевания. Существуют и другие параметры, позволяющие специалисту заподозрить прогрессирование заболевания или метастатическое поражение других органов. Анализ этих показателей, в той или иной степени связанных с опухолями молочной железы, дает возможность спланировать дальнейшие действия: назначить химио- или гормональную терапию, хирургическое лечение либо лечебно-профилактические препараты в случае мастопатии или доброкачественных новообразований, к примеру фиброаденомы молочной железы. Перечень диагностических тестов меняется в зависимости от материальных возможностей клиники и пациенток, а также от конкретного случая заболевания.

Главное — своевременно и профессионально сделать анализы, руководствуясь рекомендация ми специалистов. В жизни, к сожалению, нередки случаи обращения пациенток к разного рода целителям и к так называемой народной медицине. Не умаляя значения фитотерапии и гомеопатии, врачи-онкологи настоятельно советуют обращаться именно в профильные учреждения: специализированные диспансеры и клиники, где пациентке помогут квалифицированные врачи. Промедление в выборе правильного метода терапии очень опасно.

В основу лечения рака молочной железы положен комбинированный комплексный подход в сочетании с хирургическим лечением. На опухоль воздействуют лекарственными препаратами, облучением, гормонами. Удаление всей молочной железы, или мастэктомию, зачастую заменяют компромиссным органосохраняющим лечением: удалением сегментов железы с подмышечными лимфатическими узлами. Сохранить и восстановить форму молочной железы позволяют реконструктивные операции, важность которых очевидна, особенно для молодых пациенток. Операбельны (подлежащие операции) обычно первая-вторая стадии рака. При запущенных опухолях или неоперабельном раке требуется дополнительное лечение, которое затормаживает рост опухоли и дает возможность хирургического вмешательства. Однако в большинстве случаев одного хирургического лечения недостаточно. Если риск рецидива низок, то есть опухоль мала (менее 1 см), отсутствуют метастазы в близлежащие и отдаленные лимфатические узлы, степень злокачественности низкая, а опухолевые клетки несут рецепторы опухолевых клеток к эстрогенам и прогестерону (главным половым гормонам женщины), то хирургическое лечение нередко дает устойчивый положительный эффект. Но иногда развиваются послеоперационные осложнения в виде кровотечений и нагноения раны. Вследствие удаления лимфатических узлов нарушается отток лимфы из тканей и развивается лимфостаз, обычно это происходит спустя несколько недель после операции. Нередко лимфостаз провоцируется инфекциями, горячими и солнечными ваннами, физическими нагрузками. Вот почему больным, перенесшим мастэктомию, не рекомендуются инъекции в руку на оперированной стороне, противопоказаны солярии и сауны, им нужно избегать инфицирования кожи через трещины или царапины. Полезны специальный массаж рук и гимнастика, улучшающие циркуляцию лимфы и восстанавливающие работу суставов.

Читайте также:  Анализ крови на рак груди что это такое

Успех зависит от прогноза

Наиболее эффективное лечение опухолей молочной железы возможно лишь с учетом прогноза течения заболевания и реакции пациента на тот или иной препарат, то есть имеется ряд факторов, указывающих на благоприятный или неблагоприятный исход заболевания, а также на чувствительность опухоли к проводимому лечению. К таким факторам относятся размер опухоли, наличие метастазов в лимфатические узлы, гистология опухоли (ее строение, определяющее злокачественность), уровень эстрогеновых и прогестероновых рецепторов в опухолевых клетках и другие.

Морфологические и молекулярно-биологические факторы прогноза рака молочной железы и эффективности лечения

Количество пораженных метастазами лимфатических узлов

Прорастание опухоли кровеносными и лимфатическими сосудами

Показатели активности синтеза ДНК

Плоидность опухолевых клеток

Интенсивность деления опухолевых клеток (уровень ядерного белка митозина, уровень ядерного антигена Ki-67 и т.д.)

Наличие рецепторов эстрогенов и прогестерона

Уровень активаторов и ингибиторов (блокаторов) плазминогена (белка, участвующего во многих клеточных взаимодействиях, в инвазии и метастазировании и др.).

Исследованию этих и других факторов посвящены многие монографии, мы отметим лишь принципиально важные для развития рака молочной железы у женщин. Во-первых, это рецепторы стероидных гормонов — специфические белки, которые избирательно связывают молекулы соответствующих стероидов, проникающих в клетки (рис. 2). Наличие в опухолевых клетках рецепторов к эстрогенам и прогестерону говорит о чувствительности опухоли к гормональной терапии и о малой возможности метастазирования. На чувствительность опухоли к лечению гормонами указывает также наличие в опухолевой ткани эпидермальных факторов роста (веществ, способствующих росту определенных типов клеток). Когда в опухолевых клетках нет рецепторов к стероидным гормонам, то лечить опухоли с помощью гормональной терапии бессмысленно.

В передаче сигналов к делению клеток участвует также рецептор HER2/neu (рис. 3). Его блокирование может замедлить или остановить деление опухолевых клеток и рост опухолей, которые зависят от этих сигналов. Для такой блокировки был разработан препарат герцептин. Когда ген, кодирующий этот рецептор, активно транскрибируется (переписывается), то целесообразно использовать химиотерапию с применением герцептина, а лечение гормонами в этом случае неэффективно.

Злокачественные опухоли способны к метастазированию и инвазии. В этих процессах главную роль играют белки uPA и PAI-1. Если их уровни превышают определенные минимальные значения, то риск рака молочной железы увеличивается в 1,5-2 раза, поэтому данные важны для прогноза.

Рост злокачественной опухоли сопровождается формированием в ней разветвленной сети капилляров — сравнительно мелких кровеносных сосудов. Процесс регулируется фактором роста эндотелия сосудов. Высокий уровень этого белка в опухоли свидетельствует о неблагоприятном прогнозе как при раннем, так и при прогрессирующем злокачественном процессе. Анализ активности фактора роста эпителия стимулировал создание новых препаратов, блокирующих рост злокачественных клеток, например перспективного препарата авастин.

В последнее время выяснилось, что в ткани молочной железы с помощью фермента ароматазы синтезируются собственные эстрогены. Поэтому подавление синтеза этого фермента с помощью препаратов, например аримедекса и аромазина, может снизить риск рака молочной железы. Таким образом, благодаря исследованиям биохимиков и молекулярных биологов в распоряжении врачей оказались биологически значимые параметры, позволяющие прогнозировать течение заболевания на различных стадиях и подбирать подходящую терапию при распространяющемся раке молочной железы. Во-первых, это уровни рецепторов к эстрогенам и прогестерону в опухоли, которые дают возможность оценить целесообразность гормональной терапии и предвидеть ее результат. Во-вторых, уровень активности гена Her2/neu (см. рис.3), позволяющий обнаружить пациенток с повышенным риском рецидива опухоли молочной железы и риском ее метастазирования на ранних стадиях заболевания. В-третьих, уровень фактора роста эпителия, указывающий на прогноз развития опухоли как в начале, так и на более поздних стадиях заболевания.

Молекулярно-биологическая подоплека рака молочной железы

Какие молекулярные механизмы лежат в основе рака? Известно, что развитие опухоли связано с нарушением роста и дифференцировки клеток и злокачественным их перерождением. Во многих случаях такие нарушения обусловлены мутациями или резким повышением активности клеточных онкогенов — нормальных генов, которые участвуют в регуляции клеточного цикла, передаче сигналов и в других процессах жизнедеятельности клеток. Сейчас известно немногим более 100 различных протоонкогенов — нормальных клеточных генов, повышенная активность изменения которых или изменение их структуры приводит к синтезу онкобелков, играющих ключевую роль в клеточной жизнедеятельности. Такая активация протоонкогенов и превращение их в онкогены возможны в результате мутаций, хромосомных перестроек и других механизмов. В клетке человека около 50 000 функционирующих генов, поэтому доля потенциальных онкогенов, ответственных за злокачественный рост клеток, достаточно велика. В случае рака молочной железы, вероятно, задействовано не более 10 онкогенов.

Кроме того, нарушения клеточного цикла и бесконтрольное размножение клеток могут быть связаны с мутациями в генах-супрессорах, или подавителях опухоли. К ним относятся, например, мутации в уже упомянутых нами генах BRCA1 и BRCA2. Эти гены кодируют высокомолекулярные ядерные белки, которые исправляют повреждения ДНК и поддерживают стабильность генома, а продукт гена BRCA1 участвует в правильном распределении хромосом при делении клеток, подавляет чрезмерное гормонозависимое размножение клеток молочной железы, которое происходит, например, при половом созревании и подготовке к лактации у беременных женщин. Вот почему мутации этого гена приводят к целому спектру нарушений, начиная от новых генных мутаций и хромосомных перестроек и кончая безудержным размножением клеток эстрогензависимых органов, определяю щим развитие опухолей молочной железы и яичников. Таким образом, мутации в генах BRCA1/BRCA2 нарушают контроль за повреждениями ДНК и поддержанием целостности клеточного генома, что обусловливает появление злокачественных клеточных клонов.

Помимо мутаций активность генов-супрессоров опухоли и других генов, ответственных за регуляцию, может изменяться в результате нарушений в молекуле ДНК. Это справедливо и по отношению к раку молочной железы.

В некоторых лабораториях с помощью специальных микрочипов исследуются профили изменений клеток опухолей молочной железы. Например, французские исследователи сравнили профили таких изменений в разных образцах злокачественных клеток до и после лечения препаратом доксорубицин, что позволило наметить и обосновать стратегию химиотерапии. Они выделили группу из 496 генов, активность (экспрессия) которых отличается от экспрессии этих генов в нормальной ткани молочной железы. Несколько лет назад были опубликованы результаты исследования экспрессии 200 генов, полученные на 122 образцах опухолевой ткани молочной железы. Выделили несколько групп генов рака молочной железы, начиная с экспрессии генов близкой к норме и кончая генами с экспрессией, дающей наихудший прогноз.

Во многих лабораториях проводятся эксперименты по созданию «молекулярного портрета» опухолей молочной железы. Японские исследователи, например, получили молекулярный профиль генов в процессе лечения пациенток препаратом доцетаксел. Оказалось, что чувствительные и устойчивые к этому препарату опухоли четко различаются по активности 76 генов.

Конечно, эти подходы пока очень трудоемки и дороги для применения на практике, однако они важны для разработки более специфичных и простых методов анализа эффективности лечения. Такие данные помогут в дальнейшем прогнозировать течение заболевания и чувствительность опухоли к терапии.

Возникновение рака может быть связано не только с нарушением работы онкогенов и других генов, но и с вирусными инфекциями.

В последние 10 лет появились веские доказательства того, что в организме человека циркулирует ретровирус, родственный вирусу опухолей молочных желез мышей, или MMTV (от англ. Mouse Mammary Tumor Virus). Их активация — сложная цепочка биохимических процессов, похожая на активацию некоторых ретровирусов, вызывающих лейкозы у человека и животных.

Сначала в сыворотках крови многих больных раком молочной железы обнаружили антитела к белкам, родственным структурным белкам оболочки MMTV. Затем в ДНК лимфоцитов периферической крови и в опухолевой ткани примерно у 40% больных спорадическим раком молочной железы с помощью высокочувствительных методов обнаружили последовательности, похожие по строению на гены этого ретровируса. Из генома опухолевых клеток, попадающих в плевральную полость больных раком молочной железы, были выделены и клонированы последовательности ДНК, на 95-97% соответствующие полноразмерному провирусу.

MMTV-родственный провирус человека, или hMTV (от англ. human Mammary Tumor Virus), был обнаружен в геноме лимфоцитов и опухолевых клеток, но не в нормальных тканях человека (рис. 4). Это указывает на внешний источник ретровирусной инфекции. Частота встречаемости MMTV-гомологичных последовательностей меняется от 0-1% (Великобритания) до 75-80% (Тунис). По нашим оценкам, в России она составляет от 39-42% при спорадическом раке молочной железы до 52-56% при семейном раке и у беременных женщин со злокачественной опухолью груди. Высказано несколько предположений о путях попадания вируса в организм человека, в том числе инфицирование через лимфоидную ткань желудочно-кишечного тракта из загрязненных мышиными фекалиями продуктов. Это предположение, по-видимому, небезосновательно, так как MMTV-гомологичные последовательности были выявлены в лимфоидной ткани больной раком молочной железы и раком толстой кишки, а провирусные последовательности обнаружены у домовых мышей Mus musculus sp.domesticus, обитающих в московском регионе. Более того, распределение MMTV-гомологичных последовательностей в человеческих популяциях соответствует распространению этого вида мышей. Не исключена передача MMTV человеку от мыши как непосредственно, так и через промежуточных «хозяев» (кошек, приматов).

Недавно группа исследователей из США под руководством доктора С. Росс показала, что первичной мишенью для ретровирусной инфекции могут быть древовидные клетки — определенные лимфоидные клетки, которые поглощают чужеродные белки и вирусные частицы путем пиноцитоза — процесса поглощения жидкостей и инородных тел (рис. 5). Оказалось, что эти клетки могут затем продуцировать инфекционный вирус и передавать его другим клеткам, в частности В- и Т-лимфоцитам. При отсутствии дендритных клеток эффективность инфекции MMTV резко ослабевает; несомненно, она зависит и от других причин. Для циркуляции в организме как мышей, так и человека MMTV использует лимфоциты периферической крови. На этом этапе число копий провируса в геноме сравнительно мало. Во время активного деления эпителиальных клеток молочной железы, растущей под действием гормонов, встроенный в клеточный геном провирус получает возможность быстрого умножения копий в тысячи раз. По-видимому, провирус может встраиваться в клетки молочной железы, обладающие свойствами стволовых клеток, которые впоследствии дают начало множественным очагам опухолевого роста. Есть данные о возможном прямом или опосредованном участии hMTV в развитии рака молочной железы. В экспериментах с культурами клеток рака молочной железы человека, содержащими (+) и не содержащими (-) провирусные последовательности, группа американских исследователей обнаружила, что в (+)-клетках наблюдается высокая активность генов, связанная с иммунным ответом на инфекцию. Кроме того, в этих (+)-клетках активировались восемь генов, которые были совершенно неактивны в (-)-клетках. Сравнение картин генной экспрессии с помощью микрочипов показало, что суммарная активность генов в инфицированных hMTV клетках соответствует активности генов при воспалительном процессе с участием интерферонов, то есть вирусная инфекция играет в развитии рака молочной железы вполне определенную роль.

Чем же отличаются инфицированные и не инфицированные hMTV опухоли? Ответить на этот вопрос попытались австралийские биологи. Они показали, что на ранних стадиях рака молочной железы у пациенток одной из клиник Сиднея инфицированные этим ретровирусом опухоли по своему строению и росту сходны с опухолями молочной железы у мышей. Однако определенное сходство в развитии рака молочной железы мышей и человека было замечено задолго до этой работы. И у человека и у мышей известны опухоли молочной железы, в которых очень быстрый рост начинается сразу в нескольких очагах. Есть основания предположить, что такие опухоли возникают из клеток типа стволовых, которые приобрели способность к злокачественному росту вследствие либо геномных нарушений в клетках, либо вирусной инфекции. Новым в исследовании австралийских ученых стал факт накопления в ядрах инфицированных hMTV опухолей молочной железы человека неактивного белка — продукта гена р53, подавляющего рост опухоли, о котором мы упоминали выше. Почему этот белок не работает, еще предстоит разобраться, но для таких опухолей характерен более быстрый рост, чаще всего они локализованы в области протоков молочных желез.

В то же время группа исследователей под руководством проффесора Сельмона из Австрии с помощью генно-инженерных конструкций показала, что продукт одного из генов МMTV содержит последовательность аминокислот, соответствующую последовательностям аминокислот в иммунорецепторах, или ITAM (от англ. Immunoreceptor Tyrosine-based Activation Motifs), участвующих в передаче сигналов, регулирующих развитие клеток. Гиперактивация этих сигнальных путей вследствие проявления провируса в эпителиальных клетках молочной железы может привести к перерождению клеток и развитию рака молочной железы. Возможность появления морфологически измененных клеток, способных к трехмерному росту в культуральной среде in vitro, проверена нами в экспериментах с клетками эпителия эмбриональной почки человека, которые культивировали с вирус-продуцирующими клетками мышей. Было показано, что вирусные последова тельности действительно встраиваются в клеточный геном и на них образуются транскрипты РНК. Внедрение провируса в геном клетки может повлечь изменение активности генов в области такого объединения. Кроме того, в геноме мышиного ретровируса имеются чувствительные к действию гормонов регуляторные элементы, которые также могут изменить или полностью нарушить работу клеточных генов. Вспомним также о кодируемых MMTV аминокислотных последовательностях в составе ITAM, которые могут опосредовать существенные изменения в инфицированных вирусом клетках. Однако при последующих делениях клеток в результате хромосомных перестроек некоторые из хромосом утрачиваются вместе со встроенными в клеточный геном копиями провируса. Таким образом, опухолевое перерождение вероятно лишь в ограниченном числе клеток. Другими словами, кроме горизонтальной передачи hMTV, по-видимому, существует и вертикальная: от матери к детям. При этом лимфоидная ткань кишечника человека может служить «воротами» ретровирусной инфекции, а лимфатические узлы — резервуаром. Важно, что при умножении числа провирусных копий в составе клеточного генома наблюдается минимальный иммунный ответ на инфекцию, хотя в инфицированных клетках и обнаруживаются признаки, характерные для воспаления. Например, как уже говорилось, активны гены, кодирующие белки, которые участвуют в регуляторных процессах вместе с интерфероном. По мнению некоторых исследователей, само воспаление в молочных железах, равно как и их резкая инволюция, то есть массовое уменьшение тканей (например, после аборта или внезапного прекращения лактации), может повышать риск злокачественного перерождения клеток.

Участие МMTV в развитии злокачественной опухоли, а возможно, и опухолей других локализаций позволяет выделить носительниц hMTV в группу риска наряду с пациентками из наследственно отягощенных семей, несущими мутации в генах предрасположенности.

Итак, благодаря усилиям специалистов в области клинической биохимии и генетики, молекуляр ной биологии, вирусологии и иммунологии удалось составить довольно емкий «молекулярный портрет» рака молочной железы. В то время как усилия ученых сосредоточены на выяснении причин и механизмов возникновения опухолей, врачи стремятся распознать опухоли на возможно ранних стадиях, которые хорошо поддаются лечению и прогнозу. Вот почему число параметров для диагностики рака и оценки его развития продолжает расти. О некоторых из них мы рассказали в предлагаемой читателю статье. Какие из таких маркеров окажутся наиболее эффективными и найдут применение в клинике, покажет ближайшее будущее.

Хотя неумолимая статистика говорит о росте заболеваемости раком молочной железы, у специалистов есть повод для оптимизма. Как заметил доктор Сельмон: «Насколько коварен рак, настолько изобретателен человеческий разум…» Несомненно, ранняя предклиническая диагностика уже сейчас позволяет значительно улучшить результаты лечения и добиться лучшей выживаемости пациенток, вернуть их к активной жизни и вселить надежду на полное выздоровление.

Рак молочной железы в 10% случаев передается по наследству. Если одна из двух копий, или аллелей, гена BRCA1 у женщины несет мутацию, то вероятность развития у нее рака молочной железы возрастает до 85%, а рака яичников — до 40%. У носителей таких мутаций возрастает и риск рака толстой кишки, а у мужчин — рака предстательной железы. В гене BRCA1 выявлено до 700 различных мутаций, которые характерны для жительниц определенных географических регионов. В случае мутаций в гене BRCA2 риск развития злокачественных опухолей груди и яичников сравнительно ниже. Показано, что в России частота мутаций в гене BRCA1 у пациенток с семейным раком молочной железы примерно на порядок выше, чем в гене BRCA2. Мутации в гене BRCA1 обнаруживаются в 16% семей с двумя и более близкими родственника ми, страдающими злокачественными опухолями груди в отсутствие рака яичников. Сочетание этих двух заболеваний в семье также обусловлено мутациями в генах BRCA1/BRCA2 (см. схему на стр. 21). Оказалось, что мутации в гене BRCA1 встречаются у 61% российских пациенток с семейными случаями рака молочной железы и яичников. Мутации в генах BRCA1/BRCA2 могут обусловить и другие формы рака. Если одни и те же мутации в гене BRCA2 у российских пациенток встречаются очень редко, то в гене BRCA1 преобладает особая мутация, которая характерна для европейской части России и встречается также в странах Европы.

Носительницы этих мутаций нуждаются в регулярном посещении маммолога, поскольку риск рака молочной железы у них достигает 80-90%, а их ближайшим родственникам рекомендована консультация врача-генетика. Кроме указанных имеются и другие гены, мутации или определенные аллельные варианты которых могут способствовать развитию опухолей молочной железы и некоторых других злокачественных новообразований. Однако этот вклад не столь значителен, как в случае генов BRCA1/BRCA2.

Предположение о возможной мутации возникает у генетика, если среди ближайших родственников пациентки обнаруживаются две и более больных раком молочной железы, если заболевание развивается в возрасте до 45 лет, при опухолях в двух молочных железах или при раке с множественными очагами опухоли, а также при наличии рака яичников.

Спорадический рак молочной железы развивается без особых очевидных причин, хотя имеются определенные, не связанные с наследственной предрасположенностью факторы, повышающие риск его возникновения.

источник